Причиной этому была любовь

Пока родители готовились и о чем-то своем болтали в другой комнате, мы втроем сидели в гостиной на полу и думали, что же спрятано в праздничных коробках.

Всем интересно, что спрятано в них. Особенно Мари. Она же девчонка.

Хоть мы были уже достаточно взрослыми, любопытство нас раздирало. И я бы, наверное, никогда и не стал думать, что спрятано в них, если бы Мари постоянно не твердила: «Неужели неинтересно что там? Неужели не хочется узнать пораньше? Может там подводная камера, о которой ты так мечтал, Ренард! Может там … Джерри» Я намеренно пропустил что там, потому что теперь мне стыдно за то, что я тогда хотел.

Своим интересом Мари раззадорила и нас, поэтому теперь втроем умирали от любопытства.

–А что ты для нас приготовила, Мари? –спросил я. С того самого пикника я стал смелее гораздо и Мари перестала считать меня мямлей, нюней, чрезмерно стеснительным и трусливым мальчишкой.

Однако я по-прежнему был просто другом. Близким другом.

–О, для тебя кое-что интересненькое.

 – Кокетливо произнесла она, накручивая на свой палец локоны своих вьющихся волос и сжимая крепко свои розовые губы.

Мари выглядела как всегда шикарна. Что нельзя было сказать о нас с Ренардом. На нас были новогодние свитера с оленями – на мне синий, у Рени белый. Брюки. Туфли. Парни и мужчины вообще почти всегда выглядят одинаково. Отличали нас только цвета одежды и врожденные признаки (цвет волос, глаз, телосложение немного, рост и т.д)

Мари же нарядилась как на вручение Оскара.

Изумрудного цвета шелковое платье длинною чуть ниже колена, обрамленное по низу черным кружевом. Черные лаковые туфли. Ее грудь украшало аккуратное колье. На ушах небольшие серебряные серьги. Мари всегда была красива и утончена. Невольно я помню почти все ее образы. Если честно, мне бы хотелось их забыть. Слишком это мучительно постоянно помнить, как она невообразима красива.

Мы с Ренардом шутили над тем, как она излишне нарядилась.

Я лишь поддерживал его. На самом деле каждая деталь в ее образе меня завораживала.

–Что же ты приготовила, Мари? Я ведь сгорю от любопытства. – Не отставал от нее с расспросами.

Ренард спокойно сидел, наблюдая за нами. Он облокотился на диван, стоящий позади нас, и кажется ушел в свои мысли.

– Так тебе и надо, смеясь ответила она, – Но я уверена, тебе понравится!

Ужасно несносная, вредная, но до чертиков обворожительная Мари.