Причиной этому была любовь

Она тоже закрывает глаза и уже совсем скоро погружается в мир снов.

***

Яркое солнце слепит в лицо.

О нет, неужели надо вставать.

Авелина переворачивается на другой бок и утыкается лицом в мягкую подушку, чтобы жгучее утреннее солнце не слепило глаза.

Как же хорошо вот так вот: просто лежать в мягкой постели и ничего не делать. – подумала она, слушая как чудесно поют птицы за приоткрывшимся окном. Утреннее пение птиц словно гипнотизирует ее, напевая при этом:

Оставайся, не торопись,

В глубокий сон ты провались.

Там будет все, как хочешь ты,

И сбудутся все твои мечты…

Слова конечно же придумала сама Авелина, но ей казалось, что сами бы они не придумались, если бы не эти ранние пташки. Смысл своих песен они доносили сразу в сознание девушки. Лишь для нее одной.

Как бы прекрасно здесь ни было, надо вставать. – говорит её внутренний голос, отгоняя назойливую песенку из головы. Она начинает потягиваться.

– Авелина, я нашла кухню и приготовила нам завтрак. – говорит маленькая Анет, осторожно переходя порог комнаты.

Её черные как смоль волосы заплетены в аккуратную косичку на бок.

– Ты так сладко спала, что я не хотела тебя будить. Но нам скоро надо продолжать путь. Нас могут найти. – продолжала она, хотя в глубинах души не знала, что лучше: продолжить свой путь и найти родителей (что не точно) или же их найдут и вернут в детдом, придумав им наказание за содеянное?

–Нашла кухню? – с удивлением спрашивает старшая сестра и тут же приподнимается с кровати.

Пение птиц для нее уже не кажется гипнотизирующим. Она вовсе забыла про них. – На первом или на втором этаже? – спрашивает вновь она, но тут же понимает, что это не имеет никакого значения. Вчера все двери были заперты. Абсолютно ВСЕ. Она сама проверяла.

–Да. – спокойно отвечает Анет, не понимая, почему так взволнованна сестра. – На первом этаже. Там в холодильнике я нашла немного еды. Мы можем перекусить и отправиться в путь. А то, что у нас осталось – прибережем на дорогу.

 – Анет говорила, как уже достаточно взрослый человек, умеющий здраво мыслить. Мыслила она действительно здраво, но то, что запертые двери оказались открыты, даже не заметила. Да и должна ли она была заметить? Ей всего-то 9 лет.

–А еще какие-нибудь ты двери открывала? – не унималась Авелина. Что-то тут ей казалось странным. Страх медленно, но верно заполнял всё ее тело, не оставляя ни кусочка свободного места. Отражение этого выступало у нее на лице.

–Конечно.