Онтологически человек

Гонялись друг за другом звери, проливая алую кровь – одна и та же энергия жизни перетекала из одной формы в другую, меняя и меняя обличья.

И во всем этом была растворена Нимуэ – даже не как аромат. Как след аромата. Как всегда. Как обычно.

Он приложил ладонь к поверхности озера и позвал. Эхо ушло в глубину; он сел на берег и стал ждать.

Вода вскинулась, отливаясь в силуэт, прозрачный, как стеклянный. Фигура шагнула на берег, вода тянулась за ней, как бесконечный шлейф. В шлейфе отражалось небо и сосны.

– Привет, – сказал Мирддин.

Нимуэ склонила голову к плечу. Мирддин шагнул вперед и обнял ее.

Он чувствовал, как она собирается под его руками, концентрируясь в одной точке, стягиваясь в одну форму из остальных. Он провел по контуру – отрытый лоб, высокие скулы, белое птичье горло, узкие плечи – стекло под пальцами теплело, как окно зимой от дыхания. Прошло не больше минуты, как она стала совсем такой, как Мирддин ее увидел в первый раз – тонкой, с голубыми, как лед, глазами на пол-лица, с короткими и легкими, как пух, волосами, разлетающимися над шеей, выступающей из воротника, как стебель из вазы.

Простое платье, серое и бесформенное, стекало с ее плеч вниз, и Нимуэ проступала из него, как гребень из волны – новой линией при каждом новом движении.

Нимуэ-Ниниана-Вивиэн разомкнула губы.

– Ужасно долго я меняю форму, – сказала она. – Мне надо лучше концентрироваться.

– И тренироваться чаще, – в тон ответил Мирддин.

Нимуэ наморщила нос:

– Человеком утомляет. Да и сделаешь не все… Я проверяла границу, – пояснила она. – Все срослось просто идеально, даже шва между землями не осталось. А ты где был?

– А! Нашел кое-что… – у Мирддина мелькнула идея. – Давай покажу.

Мирддин сел на землю, опираясь спиной о дерево, и притянул Нимуэ к себе на колени.

– Не боишься? – спросил он.

Нимуэ запрокинула голову, упираясь затылком ему в плечо:

– Это мне следовало спрашивать!

Улыбка блеснула, как форель в реке.

Нимуэ запрокинула руку вверх и коснулась его виска. Мирддин сделал то же самое.

– Тогда смотри.

Три. Точка. Один. Четыре. Один. Пять. Девять.

Цифры появлялись одна за другой, вспыхивая разноцветными сполохами; ему не приходилось делать для этого никаких усилий, они разворачивались впереди, как дорога, уводящая в бесконечность, давая прозрачное, головокружительное чувство потока.