Проклятье старинного кольца

Толстый том «Введения в темпорологию» навевал тоску. Генка честно принялся читать, старательно вникая в схемы и стараясь запомнить формулы. Но результат получился ниже среднего. За полтора часа он одолел одну главу из тридцати пяти. Мама ушла, и Генка с чистым сердцем бросил бесперспективное занятие. Еще раз перебрав в голове всех однокурсников, которые могли бы одолжить ему лекции хоть на один вечер, он пришел к выводу, что нужно искать другой путь. В голове у него созрел великий план.

Выйдя на балкон, Генка прикинул номер квартиры, в которой жил аспирант.

Определить его не составило труда. До коллоквиума оставалось два дня, а сосед – аспирант должен же знать хоть что-то о темпорологии? Или знать кого-нибудь с их специальности, у кого можно выпросить старые конспекты. Конечно, это авантюра. Но на безрыбье и рак – рыба. Почему бы аспиранту и не помочь по–дружески будущему коллеге, ведь он же ему помог? С такими мыслями юноша забежал в соседний подъезд, поднялся по лестнице и нажал на кнопку звонка.

Дверь открыл Кирилл, уже в старых, подранных на колене джинсах и линялой футболке.

– А, это ты. Проходи. Ну что, мама ничего не спрашивала?

– Как же! Очень даже спрашивала. Запретила мне открывать вам дверь. Но это ничего. Вы приходите, когда ее нет, я всегда пущу.

– Спасибо, благодетель.

– Вы извините, я к вам тоже за помощью. У меня коллоквиум через два дня, а я не очень разобрался в материале.

– По какому предмету?

– Введение в темпорологию.

– Вот как? Что же там можно не понять? – заинтересовался Кирилл, и вдруг спросил: – На каком ты курсе?

– На втором.

– А группа какая? – продолжал допытываться любопытный сосед.

– АФ-3.

– Что ты говоришь! По-видимому, твоя фамилия Копейников.

– Да. А вы разве не знали?

– Представь себе, нет. Но легко вычислил. Скажи, пожалуйста, как зовут вашего преподавателя?

– Его фамилия Волков. Или Винников…

– Воробьев его фамилия. Это я. А ты – тот самый оболтус, который за весь семестр не посетил ни одного семинара! Да боюсь, и лекции тоже.

Попался, голубчик! Щас я буду делать из тебя антрекот под майонезом.

– Это не наши методы, – Генка на всякий случай попятился назад на лестничную площадку.

– Нет, голубчик, не уйдешь! – В порыве благородного негодования Кирилл протянул руку и захлопнул дверь. Он и сам не так давно был студентом, и на его счету тоже были грехи юности, но сейчас он забыл об этом. Волею судьбы он оказался по другую сторону баррикады.