Когда погаснут страсти

Сильвина, увидев Эжелин, знаком подозвала ее к себе – рядом с нею было свободное место, которое она приготовила специально для дочери. Девушка незаметно подошла и села, с облегчением заметив, что на нее почти никто не обратил внимания – гости были заняты трапезой и своими разговорами.

Она увидела, что ее троюродный брат сидел на другом конце стола. Он, видимо, заметил, что она вернулась, но демонстративно не смотрел в ее сторону. Химериш о чем-то разговаривал со своей матерью – томной накрашенной женщиной. Ее муж был моряком и редко бывал дома.

Поэтому она приходила почти всегда в сопровождении своего сына.

Химериш был мужчиной невысокого роста, коренастый, с густыми черными волосами и маленькими бегающими глазками. На его лице почти всегда было сердитое выражение, но, если нужно, он мог напустить на себя веселый или важный вид. Троюродный брат Эжелин слыл неудачником – учеба ему не давалась. В свое время его устроили в школу для изучения науки управления и дипломатии, но он был отчислен оттуда за неуспеваемость.

Ему нравилась музыка, и он часто наведывался в храм Музыки и Танца, где успешно обучалась Эжелин, но и там не преуспел. Молодой человек пытался петь, но все время фальшивил, а попытки научиться играть на каком-нибудь музыкальном инструменте тоже оказались неудачными. Кончилось тем, что он сделался посмешищем для всех остальных учеников, и особенно для Эжелин.

В конце концов, его пристроили помощником в храм Исцеления к мужу Росарис, и это оказалось единственным занятием, которое у него более-менее получалось.

Однако в чем преуспел троюродный брат Эжелин – это в соблазнении девушек. У дальнего родственника семьи Равинти была патологическая страсть к противоположному полу, и он в буквальном смысле не пропускал ни одной юбки. Оказавшись неспособным к учебе, он старался взять реванш, обольщая женщин. Как ни странно, неудачливый молодой человек все же умел пускать пыль в глаза и обычно добивался успеха.

Но поскольку Химериш и его мать не был приняты в высших кругах, все его победы ограничивались соблазнением служанок или других девушек из низших слоев общества.

Об этом знали все родственники, но молчали, и лишь Эжелин изредка намекала своему дальнему родственнику о его сомнительной репутации.

Отведав изысканных блюд и утолив своей аппетит, девушка стала рассматривать гостей. Все уже были навеселе, вкусив молодого вина. Однако Эжелин ни с кем не разговаривала, да ей и не хотелось ни с кем вступать в беседу.