Двое из ларца прячут мертвеца

А очень хотелось! Прям по плану и стояло, сразу после побега из дома, убийства и обморока. Спокойненько сесть и почитать третий том истории магии…о чью-нибудь голову. А что? Я-то уже убийца.

Убийца. Я действительно лишила жизни человека.

Пошатываясь, я поднялась и открыла дверь. За порогом стояла Ника.

– Мне сказали, что ты в лекарском крыле. Как ты? – взволновано спросила.

– А кто тот, кого мы… который Йорик, – прошептала я, с трудом ловя взгляд сестры, так как мир пошатывался и рябил.

– Джозеф Лайндорф, – ответила сестра, правда громче, чем я.

А, может, просто мне уже любой звук казался звенящим колоколом. – Ты забыла, что ли? Дружок Гарольда, – тихо шептала Ника, – ошивался в особняке часто. Правда, обычно он так не выряжался, как сегодня. Отчим его еще называл «этот потрясающий лорд»…

Я ойкнула и кивнула. И, правда, что-то припоминаю. Но я не особо интересовалась дружками чудовища. К нему много кто приходил. То выпить, то в карты поиграть… В отцовский кабинет.

Все, что связывало меня с потерей родителя и новой жизнью, вызывало отторжение.

Ведь это я виновата, что так сложилось.

– Лайндорф? – громко спросила девушка-лекарка.

Видимо, все-таки Ника назвала его имя громковато.

– Я слышала, что он завидный жених. Богатство и неприкосновенность его семьи привлекает немало девушек, – сказала целительница, улыбаясь. Видимо, подумала, мы говорим о мальчиках.

Я моргнула, так как лицо девушки стало рябить, а улыбка превращаться в ухмылку. Похоже, мне лекарская помощь все-таки не помешает.

Но я, если что, и сама справлюсь. Чай не они одни умеют всякие зелья варить.

Поэтому, постаралась не показать виду, как мне плохо, и вцепилась во все еще открытую дверь.

Мы с сестрой вышли, а, закрывая лекарскую, я услышала восторженное:

– Он и сына сам от предыдущего брака воспитывает, на ноги поднимает. И благотворительный фонд создал. Такой замечательный мужчина. Повезет же его невесте! Говорят, она диво, как хороша!

Мы не просто убили человека.

Мы убили хорошего человека. Я почувствовала, как по щеке скатилась слеза, но быстро ее вытерла. Сестра могла и не услышать последнюю фразу, так как стояла дальше меня от лекарской, а младшая целительница говорила мечтательно и тихо.

Ни к чему Нике тоже осознавать, что мы натворили. Пусть и дальше считает его козлом, пытавшимся ее изнасиловать.

Хотя, если судить по закону, ничего ему бы за это не было. На дрязги внутри семьи закрывают глаза.