Игра в фатализм

После разговора с Батлером, Питер направился к Джастином, который, сидя за столом с «светом» школы, обсуждал нахлынувшие вопросы бурлеска и спортивных мячей, не разбираясь не в первом, не во втором, но умело поддерживал разговор, ведь наивно полагал, что с ним общаются не только из-за Тернера, но как же он ошибался, очень здорово ошибался. Питер, который дёрнул его за куртку, кивком позвал его к выходу из столовой, тот же улыбнулся, и схватив портфель, направился за Тернером.

– Слушай, ты сегодня занят? – всё с той же беззаботной улыбкой, спросил Питер.

– Да нет, – пожал плечами Джонс. – А ты что-то предлагаешь?

– Я хочу на одну тусовку за город съездить, – пояснил Питер.

– Валери не будет рада, она не пустит и может родителям сказать, – выдохнул Джастин.

– Слушай, я тут разговаривал с Мистером Батлером, он может прикрыть тебя, что ты у него был, а сам будешь на вечеринке, – делая вид, что только что-то придумал идею, сказал Питер.

Лицо Джастина вновь загорелось счастьем. Если Валери упала с небес на землю, то Джастин только поднялся туда и даже не подозревает какой ценой он попал на небеса школы и теперь может общаться абсолютно со всеми, теперь его знают не только как брата Валери, но и как друга Питера, возможно, он считал иначе, но именно так и обстояли дела. Разве что Питер появился из неоткуда и сразу обратил внимание именно на Джонса, он вечно его задабривает и помогает делать то, что хочет сам Джастин.

Да, это жестоко, поднять человека высоко, а потом безжалостно скинуть, насмерть, так, что костей не соберёшь. Именно так и планировал поступить Питер, забрать то, что ему нужно и уйти, наконец-то покинуть этот мир, где он подчиняется глупым правилам и вернутся туда, где правила устанавливает именно он и никто другой.

Пока Питер строил планы по своему возвращению в Сивэллу, Лео бродил по школе разыскивая Валери, которая в данный момент находилась в спорт зале, под пристальным взглядом команды поддержки, большая часть которой была искренне не рада возвращению своего капитана в свою команду на своё место.

Но, как и положено, лидерами становятся лучшие из лучших, что и доказывает то, что Джонс, может быть, и была по своей натуре коварна, мстительна и высокомерна, но она была мастером своего дела.