Застрявшие. Блюз наших ошибок

 – Ты парень, которого одна половина не знает, а вторая всю жизнь здесь недолюбливала, – девушка обратилась к Маркусу. – А ты вообще неизвестно откуда взявшийся Дхарм. И вы оба от них скрываете то, что они обязаны были знать.

Маркус тут же подался вперёд.

– Я единственным в этом здании, кто является главой группы Дхармов, я выше их по рангу и они обязаны, – высказывался он.

Маша тут же соединила большой и указательный палец, при этом шикнув.

– Для них это сейчас не имеет значение, – развела руками она.

 – Они служат в главном штабе Дхармов, самым приближенном к Асиму и слушают здесь лишь двоих. Это Асима, который мёртв и меня, и то, пока я исполняю обязанности. Сейчас мы не в том положении, чтобы ставить свои условия и я хочу, чтобы вы это поняли.

Блондин уже искренне желал что-то высказать ей, ведь он слишком долго шёл к этому званию, чтобы терпеть сейчас к себе подобное отношение от каких-то «младенцев», которые не убили ещё и тысячи смертников, но Диана сразу поставила руку перед ним.

– Маша права, не то сейчас время, чтобы показывать какой ты авторитетный в кругах Дхармов, – сказала рыжая. – Сейчас мы пойдём туда и всё расскажем.

Романова кивнула и освободила им дорогу, они направились в сторону зала собраний. Мария тяжело вздохнула и устало рухнула на диван, вытянув ноги и расслабив руки она в очередной раз осмотрелась…никого…тишина и спокойствие…которое она ценила выше всего. Достав из кармана пачку сигарет и зажигалку, она закурила, вытаскивая из стоящего рядом ящика свою пепельницу.

Полной грудью она вдохнула сигаретный дым, который неприятной истомой стал распространятся по её телу, лёгкий…такой неприятный…но он как минимум успокаивал её, давал спокойно подумать и хоть на какое-то время отключится от проблем Дхармов…

Дхармом она являлась больше тысячи лет, а приближённой к Асиму около восьмисот и за всё это время вечные проблемы, ссоры, крики, недомолвки настолько плотно засели в её голове, что порой ей нужно было хотя бы несколько минут спокойствия, таким образом она и обзавелась человеческой привычкой и пристрастием к табаку.

Здоровье уже не живого существа это всё равно не погубит, но чисто на подсознательном уровне она испытывала от этого своего рода наслаждение и отречение от чужих и даже собственных проблем, которые, к сожалению, не решаются по взмаху волшебной палочки.

Романова затушила сигарету и убрала пепельницу на привычное место, после чего направилась в зал собраний.