Застрявшие. Искупление

Изучающим взглядом мужчина прошёлся по девушке, рассматривая её и пытаясь уже на этом этапе понять, что ей необходимо.

– Нет, – она отрицательно покачала головой. – Меня зовут Томасина, – проговорила она.

Он кивнул, продолжая ждать продолжения ей слов

– Я знаю, что ты первый Дхармом, который стал главой, – продолжила она, внутри мужчины вновь вспыхнул огонь гордости за самого себя. – Я хотела поговорить с тобой, попросить поделится опытом…

«Поделится опытом» счастья его не было предела в тот момент, когда она это произнесла, ведь наконец-то к нему пришли за советом, а не он к кому-то, это не могло не радовать.

Поэтому мужчина кивнул и приоткрыл дверь, пропуская её внутрь. Девушка быстрыми шагами прошлась внутрь, усаживаясь на перину и смотря на него, при этом она нервно теребила край своей одежды, переживала.

– Чем же с тобой нужно поделится? – произнёс он, вставая перед ней.

Она кивнула, собирая мысли в кучу и пытаясь хоть что-то из себя выдавить, на самом деле это было от переживаний, что именно её уберут, но блондину искренне казалось, что это из-за него, она не ожидала услышать от него положительного ответа.

– Дело в том, что я боюсь, что уберут именно меня, – выдохнула она.

Он вопросительно выгнул бровь, слова о том, что она является главой другой группы Дхармов явно его напугали и заметно снизили планку, которую он представлял для подобной должности, от этого стало противно.

– И почему тебя могут убрать? – он старался сохранят внешнее спокойствие и показывать заинтересованность.

Хотя, был бы он самым худшим актёром, за пеленой беспокойства, которую она испытывала, девушка бы этого даже не заметила.

– У меня хорошие показатели по убийствам, по выполнению списка, но, – она закусила губу, смотря на него. – Недавно у меня был смертник из той самой категории

Складывалось чувство, что с каждым словом её лицо становилось всё бледнее, несмотря на смуглую кожу.

– И я не смогла убить его, – выдохнула она. – Мы создали условия, при которых он впал в клиническую смерть, он умер, но вскоре очнулся и сейчас жив и здоров.

Презрение к этой особе росло в сердце и разуме Маркуса с каждой секундой, с каждой её фразой и движением. Он уже знал и понимал, что она не достойна того звания, которое получила и знал, что именно она была должна покинуть этот пост, но говорить об этом не спешил.