Что сказал Фараон?

– А что на это говорит Валентин?

– Да пока ничего: он не знает.

– Это чего я не знаю? – уже в который раз Валентин застает нас врасплох или читает наши мысли.

– Ты не знаешь, что мы всеми едем в Египет на колдовское место, чтобы купить новый участок и построить новый дом.

– В Египте?

– Нет, здесь, где тебе понравится. Просто у меня произошел инсайт: у нас плохо получается с жилищным вопросом, а на озере мы не просто лягушек ловили, а контактировали с его духом. Это озеро особое, под ним течет минеральная вода.

Ну, дух – это, конечно, образно: я просто подсоединилась к инфразвуку подземного русла, усилила свое подсознание, а оно мне выдало инсайт. И оно мне передало зашифрованную глубинную информацию, что нам надо съездить в Египет и попросить помощи у Имхотепа. Его обожествили как самого верховного жреца, врача и архитектора. И он нам поможет в везении.

– Ну и заливаешь ты, ну прямо на ходу! – засмеялся Валентин. – И как это у тебя получается?

– Да правда, я тебе говорю! Хочешь, посмотри в справочной литературе: Эскулап и Имхотеп – одно и то же лицо.

Он нас с тобой, лапочка, не может не облагодетельствовать, потому что наш счастливый брачный союз олицетворяет его внутрипсихологический союз строительства и медицины, как великого единства синтеза и прогресса.

– Все-все-все! – он замотал головою, но не выражая при этом агрессивных реакций. – Значит, колдовское озеро, говоришь, подсказало? Ладно. Тогда наливай.

Глава 6.

Сегодня понедельник, чему я очень рада.

Давно уже с таким рвением я не шла на работу.

– Ну, шла, ну, пришла, и что дальше?

– А дальше, дорогое мое Воображение, я буду сидеть и читать весь день всякую чушь, какую только найду в интернете, часов до четырех вечера, пока не придет выспавшийся после Абхазии шеф.

– А, ничего не выйдет! – Воображение потянулось на стуле. – Не удержишься, будешь изучать Маринкин рисунок.

Марина Георгиевна так и не успела его мне показать и прокомментировать – боялась спугнуть согласившегося на Египет Валентина: «Спрячь поскорей, а то он еще раздумает! Посмотришь на работе, а потом скажешь!» Но я решила, что посмотреть я еще успею хотя бы завтра.

– А вдруг не успеешь? – канючила моя навязчивость. – А вдруг пропадут листы, их замочит случайно взорвавшийся баллончик сифона? А вдруг его украдут! А вдруг тебя убьют, и ты так и не узнаешь, что было там нарисовано?

Любопытство стало разжигать щеки, а Воображение не давало сосредоточиться ни на чем.