Кукла старого Адама

Неужели ты это имя Тихон от родителей ни разу не слышала?

– Слышала, конечно, но уже после смерти тети Ани. В разговорах с отцом она часто повторяла: «Если бы не Тихон…» А дальше шли упреки в адрес тети Ани в духе, что, мол, связалась с ним. Да, вероятно, этот Тихон и есть отец Варьки. Если еще жив. Знаешь, странно как-то, но моя мать всегда говорила о тете Ане с пренебрежением, упирая на то, что ее жизнь – пример, как не нужно жить. Отец соглашался. Но эти разговоры никогда не велись при Варьке.

– Даш, нужно твою матушку попытать, пусть все расскажет как было.

Теперь смысла нет скрывать правду, сестры в живых нет.

– Можно попробовать. Но ты ее знаешь, если что не по ней, выключит скайп.

– Жаль, что с отцом ты совсем не общаешься.

– Он нас бросил, уехал в Германию и там сразу женился. Мама не простила, мы с Варькой тоже были обижены на него, в общем, даже не пытались найти.

– А он? Неужели вот так просто вычеркнул вас из списка близких?

– А зачем мы ему были нужны в новой жизни со своими проблемами? Что связывало его с нашей страной? Александр Нил – немец и всегда этим гордился.

Представилась возможность эмигрировать – не задумываясь, уехал. Так что поговорить с ним не удастся. Мать, я уверена, даже не знает, где он живет. И я не знаю, и Варя.

– Кстати о Варваре… а где она была, когда ее мать взорвали? У вас?

– Нет, Варька была в санатории. Не знаю, с чем лежала, вроде горло ей лечили, хронический тонзиллит. Она помнит только белую палату и доктора.

– Негусто. А что Катерина Петровна по этому поводу говорила?

– Да я как-то и не спрашивала. Какая разница? Это даже хорошо, что Варька не видела сам взрыв, да и на похоронах не была. Это же надо – спектакль какой разыграли!

– Нужно бы все-таки прояснить вопрос – роль твоей матери в этом действе заранее отрепетирована? Или она не ведающий истину статист? – гнул свое Родион.

Глава 6

Стася Одинцова подслушала весь разговор родителей – от начала и до конца.

Когда мать вдруг резко рванула к двери кухни, успела спрятаться в родительской спальне. Потом вновь вернулась на свой пост. Из-за плотно закрытой матерью двери отдельные слова были совсем не слышны, но общий смысл беседы Стася уловила. Когда поняла, что взрослые больше не скажут ни слова, поспешила смыться с занятой позиции. Она тихо отошла от кухонной двери, сделала несколько осторожных шагов по коридору и только тогда нарочито громко хлопнула дверью туалета.