Кукла старого Адама

Сколько времени она просидела в этой напряженной позе? Думая только о том, что вот так, за несколько секунд, сказав всего пару фраз, она потеряла Родиона.

Замерзнув окончательно, она поднялась со своего места и, чтобы хоть чем-то себя занять, начала мыть посуду. Все так же с веранды тянуло ветерком, муж не торопился вернуться в тепло дома, а Даша неожиданно разозлилась.

«Пауза затянулась, Варлей, – мысленно обратилась она к нему. – Почти двадцать лет любил, а тут вдруг раз, и все закончилось? Так не любовь, значит, это была, давай уж, решай что-нибудь…»

Он подошел сзади и, крепко обхватив ее руками, прижал к себе.

«Замерзла? Это я виноват, прости», – сказал тихо. Затылком Даша ощутила спокойное дыхание, а от легкого прикосновения сухих губ к мочке уха по телу пробежалась волна дрожи. Она столько лет с ним, а никак не может привыкнуть к этой магии: одним только поцелуем муж мог возбудить в ней желание. И ладно бы, если бы это случалось только в спальне…

Родион развернул ее к себе.

– Даш… правильно, что тогда не рассказала правды, я б убил его. Добил! И сел лет на двадцать.

– Поэтому мы с мамой и молчали…

– Не знаешь, Фарид жив?

– Не знаю, – насторожилась Даша. – Зачем тебе?

– Не переживай, сейчас я бы не стал его трогать. Смерть – слишком легкое наказание за то, что он сделал. Пусть мучается. Давай закроем тему. Все, забыли.

Даша промолчала. Вот как раз забыть-то она и не может… А сможет ли он?

– Ты так и не ответила на вопрос: как думаешь, Катерина Петровна знала, что во время взрыва самой Анны в автомобиле не было? – вернулся он к прежней теме разговора.

– Нет, Родион, тогда не знала. Или моя мама отличная актриса. Потому что я видела, как она переживает из-за смерти сестры. Не забывай, она ее вырастила. Когда не стало их родителей, Анне было лет десять, родственников никого. Стало легче, лишь когда мама вышла замуж за моего отца. Но вполне допускаю, что встреча с воскресшей сестрой у нее состоялась.

Ну, на худой конец, общение в интернете. И произошло это не так давно. Как думаешь, не позвонить ли ей сейчас? В Германии почти десять, время не такое уж позднее.

– Давай. Все равно нужно сообщить о смерти Анны. Вызывай.

Даша вошла в скайп…

С экрана ноутбука на нее смотрел… отец. Постаревший, седой, но такой узнаваемый и родной, что она расплакалась.

– Дарьюшка, не пугайся, это я.