Серебряный капкан для черного ангела

– Конечно, не мой вопрос, могла и смолчать, но девушка у нас сегодня была не одна. Парень такой черноволосый, худой и высокий чуть позже подошел. А ушел почти сразу.

– Описать сможете? Подробнее, – попросил Глеб, сам не понимая, зачем ему сдался этот парень. Мало ли с кем Ксюша могла по кабакам шляться. Вот так он вдруг о ней подумал – вся в мать пошла, без тормозов совсем девица выросла.

– Так-то симпатичный, не урод. Нос, правда, малесь крючком, как у… ну, не знаю, грузина, что ли. Глаза какие, не скажу, волосья весь лоб закрывали, челка такая длинная, курчавая.

Куртка – черная кожанка, косуха. Джинсы черные, на ногах – черные берцы. И еще на поясе маленькая сумка, на ней кошка белая, надпись – пума. Похоже – байкер, в руках шлем держал.

– Вот ты, Федоровна, прямо срисовала мужика! – с уважением высказался участковый. – Давай вспоминай еще.

– Да вроде нечего больше. На мужика парнишка не тянет, ему лет двадцать на вид, не больше. Хотя, мож, просто тощий.

– Они мирно говорили? Не ссорились?

– Нет, все спокойно.

Да и разговор-то короткий был. Она – три слова, он ей два. И разбежались. Парень стакан безалкогольного пива выпил холодного, девушка – кофе.

– То есть она алкоголь не заказывала?

– Нет. Но… – замялась Федоровна, – да че теперь скрывать, с бодуна была. Не сказать, что с ног валилась, но запашок шел. Она редко трезвой к нам заезжала. Кофе двойной выпьет, жвачкой мятной закусит и – за руль. Под горой гольцы стоят часто, видать, опасалась. Хотя че бояться-то с такой тачкой? Лимонов на десять игрушка… тьфу, извиняйте.

Вы ж наверняка и купили, – с нескрываемым осуждением и ничуть не смущаясь выговорила тетка и добавила: – Если че, опознаю парнишку.

– Ты о чем, Федоровна? – насторожился участковый.

– О чем… крутился возле ее машины он, ну пару минут, не больше. Это уже когда вышел из кафе. Заметил, что я в окно на него гляжу, ухмыльнулся и вон пошел. Пешком! Может, к остановке, ее не видать от нас. А может, мотоцикл где-то притулил под горкой на обочине.

Не знаю.

– Вы следователю почему об этом не рассказали?

– Сами решайте, говорить или нет властям. Могу все повторить и под запись. Жалко деваху вашу, молодая совсем. Только шальная. Вот жизнь, как сериал: и богатые тоже плачут. Не знаешь, че лучше – на зарплату весь свой век куковать или молодой в шикарной тачке смерть найти. Не обижайтесь за правду. Я не со зла…

– Спасибо за информацию… Федоровна.

– Тамара я. Сорокина по мужу.