В паутине иллюзий

Но сами понимаете, у них таких дел по розыску довольно много. Мать, заметьте, сама бросила ребенка. И десять лет до усыновления Анны вашим сыном не объявлялась. Знаете, какое количество матерей приходит за своими отказничками в течение первого же года их жизни? Немалое, я вам скажу. И мы стараемся им помочь вернуть ребенка. Мать Анны ее просто забыла.

– А вы уверены, что ребенка принесла к дому малютки она сама? Возможно, его похитили и подбросили. Возможно, с ней что-то случилось?

– Да бросьте, Александр Михайлович! Видимо, вы любитель детективов.

В жизни все проще. – Виктории Павловне стали уже надоедать этот разговор и сам въедливый посетитель. – Извините, но у меня масса дел. Я обещаю позвонить вам, как только найдется папка с личным делом Анны. Вы с женой пока собирайте документы для опеки, проходите медицинскую комиссию. Это займет много времени, скажу вам по опыту. И еще. Просто совет педагога – отговорите Анну от поисков матери. Ее не ждет ничего, кроме боли и разочарования. Это реальность.

– Хорошо, Виктория Павловна. Я буду ждать от вас звонка. Да! Анна уже достаточно взрослый человек, чтобы самостоятельно принимать решения. Отговаривать ее бесполезно, она будет продолжать поиски. Кстати, есть результаты. – Александр Михайлович бросил короткий взгляд на директрису. «Так и есть, темнит Виктория Павловна… побледнела даже. Дело, конечно, давнее, но живых свидетелей этой истории поискать можно!» – решил он.

– До свидания, Александр Михайлович, – произнесла Виктория, поднимаясь со стула и отходя к окну.

– Всего хорошего. – Амелин уже повернулся к двери. – И последний вопрос: кто-то еще присутствовал при оформлении девочки? Из ваших сотрудников? Или, возможно, участковый милиционер?

Он с удивлением наблюдал, как меняется выражение лица директрисы. От равнодушной маски не осталось и следа, явный испуг, даже некая затравленность промелькнули во взгляде, брошенном женщиной на него. «Ну, ответьте же что-нибудь внятное!» – мысленно попросил Амелин. Ему на миг стало ее жаль – при иных обстоятельствах он не был бы с ней так безжалостно официален.

Он даже признался себе, что Виктория Павловна, кроме этой внезапной жалости, вызывает в нем и другие чувства. Правда, задумываться, какие именно, времени не было…

– Да, конечно. Мы вызвали милицию, так положено. Приходил сотрудник райотдела. Но я не помню его фамилии! – Виктория Павловна медленно опустилась обратно на стул.

– Установить это не так сложно. Я этим займусь.