Третий круг рая

– Экая вы нелюбопытная! Жаль! И фотографии-то вы не рассматривали… – искренне посетовал Сотник.

– Вас не смущает, что все это – личное? И совать нос без разрешения просто непорядочно.

– А расскажите-ка мне о вашем отце Шандоре Бадони, – проигнорировал он мое замечание. – Все, что запомнилось с детства.

Я недоверчиво смотрела на Сотника, оседлавшего венский стул. Неужели? А как же «он сам», «труп некриминальный» – это было сказано с досадой, без попытки скрыть отношение ко мне как к сумасшедшей. Никак не меньше! «Чокнутая дамочка с потусторонними заморочками», – шепнул он эксперту, скосив на меня глаз, а тот лишь понимающе улыбнулся.

Тогда, нечаянно подслушав эту фразу, я даже не разозлилась. Нет, злость была – но на себя: я так и не научилась принимать тот факт, что понимать это «потустороннее» дано далеко не всем.

– Зачем вам?

– Для информации. Рассказывайте! – уже жестко приказал он.

– Я жила с родителями в этом доме до семилетнего возраста. Папа на дачах был кем-то вроде смотрителя – тогда в поселке такого запустения не наблюдалось, хотя обитатели появлялись здесь наездами.

Летом – да, все дома были заняты, некоторые жили до самых холодов, но зимой семьями приезжали лишь отметить праздник и покататься на лыжах по лесу. Я целыми днями была с отцом, мама работала в городе.

– Где?

– В архиве Комитета госбезопасности. Думаете, папку в дом принесла она?

– Вряд ли… Это же служебное преступление. Ваша мать жива?

– И здравствует. С новым мужем в Германии.

Уже десять лет. С отцом они разошлись, когда моему брату исполнился год. Отец перебрался на жительство сюда, мы остались в городской квартире. Что с ним стало, вы в курсе.

– То есть в момент смерти бывшего мужа ее в стране не было?

– Мы даже сообщили ей об этом постфактум.

– Мы?

– Я и мамина подруга Татьяна Новицкая, самый близкий нашей семье человек, – зачем-то уточнила я и на миг замерла, вспоминая, какое сегодня число. Двадцать первое! Тату выписывают из клиники послезавтра, а у меня этот факт просто вылетел из головы.

Хороша…

– Итак, Шандор Бадони продолжал после развода сторожить дачи, я правильно понял? Но необходимости жить тут круглый год не было?

– Ничего он уже тогда не сторожил! Так, делал обход по привычке. Поселок отключили от электроснабжения где-то в конце девяностых. После этого число желающих провести здесь отпуск резко уменьшилось, порой дома стояли закрытыми все лето. Я думаю, официально отца уволили тогда же.