Иные

Чтоб подтвердить встречу звонком, она заехала на Грязную. А народу-то! Да уж, видно, не только ее мототоксикоз замучил!

– Вот так встреча! – услышала она надсадный, хрипловатый голос.

Подняла взгляд и оцепенела, вытаращив глаза. Не может быть! Он что тут делает?

– Ты вышел? – первое, что пришло в голову, брякнула она.

– А не должен?

Она мотнула головой.

– Как минимум еще один том, – немного заторможенно ответила она, вспомнив, что второй том «Отверженных» он так и не взял. Да и первый-то одно название, что прочитал.

– Думала, значит, обо мне? – облокотившись на бак мотоцикла с ее стороны, лениво поинтересовался он.

Инна тут же обошла моц и встала по другую сторону.

– Не обольщайся!

Присмотревшись, она отметила, что он стал гораздо лучше выглядеть: волосы отросли, приоделся, приосанился, но, самое главное, исчезла затравленность из его глаз, появилась смелость в развороте плеч. Он словно встал с колен. Что ж, приятно видеть, что человек оказался сильнее системы, которая его так и не сломила.

– Значит, слыть кобёлом не так позорно, как сломать стойку, что твой мужик гниет на нарах?

Инна поморщилась.

– Оставь свои зоновские словечки в прошлом. Тут так не выражаются, – как маленького, отчитала его.

Захар усмехнулся: неужто оскорбил ее тонкую душевную организацию?

– Говорят, можно вывести человека из зоны, но трудно убрать зону из человека.

– Это не про тебя, – уверенно сказала Инна.

– Отчего же? – поднял бровь.

– Скажи мне, что ты читаешь, и я скажу тебе, кто ты, – улыбнувшись, мягко пожурила его, перекроив поговорку про друга.

Захар залип: контур мягких губ сложился в красивую улыбку, большущие глаза смотрят открыто и внимательно, смешно торчащие в разные стороны волосы добавляют ее образу какого-то озорства. Невысокая, но ноги длинные, иначе бы до земли с седла не достала. Правда, прикид на ней как с чужого плеча: необъятная толстовка темно-синего цвета достигает середины бедра и почти полностью скрывает кисти рук, непонятные черные шаровары абсолютно скрывают очертания ног.

– Так что там насчет твоего хахаля? – вернулся к вопросу, с которого девчонка так ловко спрыгнула.

Ему приспичило добиться от нее правды. Она склонила голову набок, испытующе прожигая его взглядом, в руках нервно теребила свой телефон, словно никак не могла решиться на ответственный поступок.