Жизнь взаймы у смерти

Давай, топай на кухню сразу, Лилька там Мишку с Иришкой кормит, тебе тоже что-нибудь достанется. Ужинал?

– Кофе пил, – не стал врать Беркутов, принюхиваясь – пахло молочной кашей.

– Понятно…

Поздоровавшись, он сел за стол, Лилечка поставила перед ним тарелку с пловом и положила вилку. Близнецы завистливо покосились в его сторону – им перед сном досталась манная каша.

Протягивая «мальцам» по шоколадному яйцу, Егор похвалил себя за предусмотрительность – и не думал, что внуки Матвея здесь, а подарок купить на всякий случай не поленился.

После дружного «спасибо» ложками близнецы заработали активнее.

– Егор Иванович, балуете мне их! Кроме вас, никто шоколад им не дает – малы еще! – Лилечка строго посмотрела на детей.

– Ой, прости, – ничуть не раскаиваясь, улыбнулся Беркутов, подмигивая совсем не напуганным строгим голосом матери Мишке и Иришке.

Уже в кабинете Матвея, расположившись с разрешения хозяина в его любимом кресле, Беркутов понял, что просто молчанием и разговорами на сторонние темы не отделаться.

Да и зачем бы ему вламываться в дом к Роговцеву, если не на исповедь. Хотя события, о каких он, Беркутов, готов был поведать, такое давнее прошлое, что Матвей может и не вспомнить. А познакомил их с Аленой именно он.

– Выкладывай, сыщик. Дело какое новое?

– Скорее старое. Алену Бойко помнишь? Из отряда ДПС.

– Смутно. А что с ней не так? Подожди, с ней ты тогда роман закрутил? Так лет двадцать назад это ж было!

– Ну ты сразу – роман! Встречался – да.

Лерка[5 - Лера, Валерия Романова – героиня романа «Два сына одного отца».] тогда совсем с катушек слетела, скандал на скандале. Близко меня не подпускала. Алена жила одна…

– Заканчивай оправдываться. Давай к делу.

– Меньше года мы были вместе, потом она уехала. Без объяснений. Я тогда ничего не понял, записку в кармане куртки нашел: «Не ищи, из города уехала, выхожу замуж. Прости». Что-то в этом роде. Я удивился, даже как-то обидно стало – любить не любил, но привязаться успел.

Потом забылось.

– Встретил недавно?

– Да, сегодня. И дочь ее. Лизавета Александровна. Я не сразу понял, что по-настоящему Егоровной ей быть бы нужно. Моя дочь, очень похожа.

– Ты серьезно? Чем ты такой выдающийся, что сразу так и понял?

– Глаза – мои, Ванькины[6 - Иван Дубенко – герой романа «Два сына одного отца».], отца нашего с ним. Ямочка на подбородке! Да и Алена не отпиралась. Сейчас в кафе встретились, рассказала мне все.