Ретроспектива

Саша накрыл своей большой и теплой ладонью ее руку и прижал к груди.

– Здесь и был.

– Что изображалось?

Глаза в глаза, и дыхание будто одно на двоих. В голове шумело. Беседовать на отвлеченные темы становилось все сложнее.

– Хоккеист с поднятой клюшкой, готовый отразить удар.

– Са-аш? – томно позвала обольстительная красавица. Сейчас она попросит ее поцеловать – зуб на холодец! Он уже наклонил голову, когда она закончила фразу, – мясо подгорает.

Включился здравый смысл, а вместе с ним все рецепторы.

Сразу учуял характерный запах пригоревшего ужина и метнулся к плите. Мужчина на то и мужчина, что всегда прав. А если что-то пошло не по плану – так и было задумано.

– Это же особый рецепт с поджаренным мясом! – выкрутился он.

Таймер писком уведомил об окончании времени варки спагетти. Саша откинул их на дуршлаг, дал воде стечь, а затем отправил в сковородку к мясу. Сомнения девушки относительно блюда только усилились. Однако это ничто в сравнении с первобытной красотой мужчины, которым она уже в открытую любовалась.

Его харизма плюс уверенность в себе и даже хромота создавали некий притягательный шарм, который сражал наповал. Флюиды сексуальности распространялись от мужчины с великолепным голым торсом, заполняя все небольшое пространство кухни, и проникали сквозь поры очарованной им женщины. Когда он разложил щедро приправленную специями смесь по тарелкам, а сверху посыпал сыром, все сомнения исчезли.

– Саша! – сквозь смех окликнула она.

– М-м-м? – протянул он, взял тарелки и поставил их на обеденный стол.

Она дождалась, когда сосредоточенный взгляд мужчины перекочует на нее.

– Это же макароны по-флотски!

Его раскусили, а он даже не потрудился принять виноватый вид. Вместо этого подошел к ней близко-близко, так, что мягкая джинса коснулась обнаженной ноги девушки, и, улыбаясь половиной рта, сознался:

– Во времена молодости моей бабушки блюдо уже изобрели, а вот модное название пришло гораздо позже.

Он вглядывался в смеющиеся глаза девушки и только сейчас отметил их редкий ореховый цвет.

– Глаза у тебя необычные.

Александра нарочито сильнее распахнула их:

– И что в них?

– Я, – сказал он своему отражению в блестящих черных зрачках. – Причем в обоих.

Взаимное притяжение разгоралось между ними в течение всего вечера и привело к тому, что случилось: он склонил голову и накрыл ее губы своими. Мягко, чтобы не спугнуть, неторопливо, чтобы дать шанс уклониться. Ни того, ни другого не последовало.