Тайна родной крови

Уже не раз неожиданно сказанные ею слова помогали в работе. И, что уж тут, было дело, которое без ее способностей им раскрыть бы не удалось.

* * *

Дверь Борину открыла женщина, которой, наверное, каждый год в день рождения говорят: «Оставайся такой же молодой и красивой, как сейчас». Глаза блестели не от слез, от тревоги. И от непонимания, что делать. Куда бежать, кого просить.

– Здравствуйте, Вера Михайловна. Я – Борин Леонид Иванович.

– Здравствуйте. Я вас узнала, вы – муж Дашеньки… Проходите, пожалуйста.

Вы, кажется, в полиции работаете?

– В следственном комитете.

– Это я вам звонил, – раздался из-за спины Бражниковой голос молодого мужчины. Борин с удивлением отметил, что обладатель его сильно напуган.

Вера Михайловна бросила мимолетный взгляд на зятя. «А зять не любимый, но терпимый в силу обстоятельств», – понял по-своему Борин.

Стены комнаты, куда его проводила Бражникова, сплошь были в фотографиях и дипломах в рамках. Диван и два кресла, покрытые отбеленными льняными покрывалами, старинный рояль в углу, на нем подсвечник, круглый столик под связанной крючком скатертью – вот и вся обстановка.

И еще – растения. В горшках, горшочках и кадках. Цветущие и нет.

– Вера Михайловна, расскажите, при каких обстоятельствах пропала ваша дочь, – Борин с удовольствием опустился в предложенное кресло, краем глаза заметив Шустова, оседлавшего стульчик возле рояля.

– Наверное, про Катю лучше Сергей… – Вера Михайловна бросила быстрый взгляд в сторону зятя.

Он рассказал.

Пряча глаза, суетясь и взвешивая каждое слово. И это сильно не понравилось Борину. И сам парень вызывал полное неприятие. И еще – его плотное знакомство с Кащеевым.

Вера Михайловна сидела на диване, выпрямив спину и глядя в окно. Будто бы не участвуя в разговоре, не придавая значения словам говорившего. Она только вздрогнула, когда ее зять истерично выкрикнул: «Не пойму, кому это нужно – похищать ни в чем не повинную беременную женщину!»

– А что, есть виноватые? – спокойно спросил Борин.

– Что?! Вы на что намекаете? Что это я мог?! – округлил глаза Шустов.

– Успокойся, Сергей. Леонид Иванович никого конкретно не имел в виду, – безразлично произнесла Бражникова. – Не мог бы ты сделать нам чаю?

– Спасибо, Вера Михайловна, лучше холодной воды, – Борин понял, что той не терпится выпроводить зятя из комнаты.

– В холодильнике есть ягодный морс, принеси, пожалуйста, и мне тоже.

– Хорошо, – недовольно процедил Шустов.