Возвращение в Запределье

Но вместо лавы из жерл тысячами хлынули огромные муравьи, которые угрожающе щелкая челюстями, побежали в нашу сторону…

Светка закричала, но её вопль потонул в какофонии кошмарных звуков леса. Я бросила фонарь и закрыла уши руками, в ужасе глядя, как из темноты на нас хищно смотрят сотни красных глаз, как бежит к нам что-то настолько огромное, что сотрясаются деревья, как где-то над головами реют большекрылые птицы, чьи клювы вот-вот разобьют наши черепа.

– Рви цветок! – закричала я, пытаясь переорать жуткий шум.

Но подруга меня не слышала, оглядываясь и шарахаясь из стороны в сторону, чудом не задевая фонарь. А хаос вокруг становился только больше. Что-то цепляло меня за одежду, словно пыталось оттащить от цветка. Рычание неведомых зверей гнало по коже мурашки. Неистовствал ветер, нещадно трепал одежду и волосы, будто пытался вырвать их с корнем. На лицо упали капли дождя, но попытавшись их смахнуть, я заметила, что это кровь. Стало жутко холодно. Так холодно, что мгновенно закоченели пальцы.

Я потянула их к огненному цветку, и руку опалило жаром.

– Нет! Нет! – кричала Светка, и в её глазах читался ужас, который я никогда ни у кого не видела.

Я ухватилась за стебель, ожидая, что сейчас мою руку охватит жуткая боль, зажмурилась и… сорвала цветок.

Всё разом смолкло. Исчез ветер, небо больше не плакало кровавыми слезами, а деревья не пытались изодрать нас ветвями. Я осторожно открыла глаза, вокруг было тихо и спокойно настолько, насколько бывает в лесу ночью.

Я тронула зажимающую уши и раскачивающуюся Светку за руку, призывая её придти в себя. Она с опаской огляделась вокруг, и не веря своим глазам, спросила у меня севшим голосом:

– Что это было, Наташа?

– Я не знаю, мне кажется ничего, просто цветок морочил нам голову.

– Мне… мне казалось, что на меня сейчас повалятся деревья и придавят, – сказала орчиха, всё ещё оглядываясь.

– Мне тоже многое, что казалось, – ответила я, чувствуя, как сердце ещё бешено колотится.

Я посмотрела на цветок в руке. Его свет немного поутих, стал спокойнее. А ладонь не ощущала никакого жара и тем более боли.

– Ну, старушенция, ну язва, послала нас за цветочком! У меня чуть сердце не лопнуло! – судя по ворчанию Светки, она стала постепенно приходить в себя.

– Цветок мало, нужно найти клад, – напомнила я.

– Ну уж нет! – воспротивилась подруга. – С меня хватит. Несем цветок бабке, пусть свой клад сама ищет.