Ярослава. Знахарка

И вот нынче пришла…

Как пришла – не дошла даже, а ворожбу сразу почуяла… Насторожилась, поведя носом. И остановилась, замерев.

Настоящей ворожбы Крайя давно не видала – ни темной, ни светлой. Да и у кого сил хватит на такое? Улада стара, она таким уж и не балуется. Да и светлой силою та обладала.

Тут же…

Крайя почуяла тьму еще до того, как подошла к капищу. Эманации темной силы рваными кусками стлались по-над землею, скапливаясь сизыми, а где и чернильными клубами. Ползли, выставив щупальца, и пытались ухватить старую знахарку за ногу.

– Пшел! – Старуха поддела ногой клуб тумана, что вился у ее ног, и тот обиженно зашипел, отползая. Да и что он мог? Ничего. Ни навредить, ни напугать – обычная людина и не заметит вовсе. Только что Крайя…

Значит, ворожба творилась накануне. И ворожебник, что принес ее с собою, был силен. А еще – темен. Потому как при светлой ворожбе так не пахнет.

Знахарка повела носом. Сладко, приторно.

Медуница…

Светлая ворожба пахнет свежо. Мятой да росою. Утром ранним.

Крайя пригляделась. Дорога к капищу выложена следами крупными, подобными на звериные. Да только есть в них то, что отличает звериный след от колдовского. И не просто туманом.

Вот, здесь.

Пригнувшись к самой земле, знахарка вгляделась в четкий след. Округлый, отпечатанный плохо. Пожалуй, рысь?

Верно, она. Да только…

Внутри ореола лапы Крайя четко различила не четыре – пять пальцевых впадин, на одну больше положенного. И пятая – длинная, идущая сбоку от остальных: мизинец с руки ворожебника, что не уместился в лапе звериной…

Дивно.

Давно Крайя не слыхала, чтоб ворожебник в перевертыша мог перекидываться. Силы это тянуло немеренно. И еще больше потуг уходило уже после, когда лиходей людиной обращался. Говорили, на такое могла уйти целая седмица…

Но все то – домыслы, пересуды пустые. Потому как кому доводилось видать настоящего перевертыша? Видно, немногим. А тогда что привело его сюда, в Светломесто? И не он ли подрал Анку?

Вопросов в голове Крайи рождалось много – с каждым шагом все больше.

Наследил. Грязно. Верно, не боялся, что его кто-то почует. Значит, уверен в силе своей.

Дурно все это.

А след все петлял, извивался. И – Крайя понимала это точно – ворожебник не просто ходил меж могил: искал что-то. Уж не ее ли Марку?

Крайя бросилась к тому месту, где покоилась девка, и облегченно выдохнула. Снег оставался нетронутым, свежим.