Модель по вызову

Такая красота не должна простаивать, – бритоголовый засмеялся.

Противно. Вскинула вверх подбородок и, позабыв про слезы, горделиво посмотрела в лицо здоровяка. Ирина Николаевна поддержала смех брата циничной ухмылкой. Вот же упырь. Врезать бы хорошенько по его лоснящейся морде, послать куда подальше, сказать что-нибудь колкое в стиле оскорбленной графини. Но это раньше я могла, а сейчас… сейчас надо держать язык за зубами и улыбаться… приветливо улыбаться идиоткой.

– Ну как, Иришка, берем девочку? Скажи, хороша! Вон как глазищи сверкают! Прям сапфиры, не иначе…

– Вы разве знакомы?! – вместо ответа спросила Ирина Николаевна и вопросительно подняла идеально подведенные бровки.

– Видел ее однажды во дворе у Аленки, предложил работу, а она фу-ты ну-ты, пальцы гнуты, я девочка приличная, принца жду, сидя на завалинке.

– Принцы выродились, плохая экология, видимо. Зато козлов развелось видимо-невидимо, каждый второй, – и не удержалась – выразительно посмотрела прямо в глаза бритоголового. Пусть знает, что ему никогда не стать первым.

Ирина Николаевна засмеялась. Упырь блеснул темными глазами и тоже заржал.

– Красивая девочка, и чувство юмора присутствует, – похвалила меня хозяйка модельного борделя. – Кроме того, исходя из сведений, которыми нас снабдила Алена, у нее имеются красные дипломы бакалавриата и магистратуры экономического факультета, диплом об окончании музыкальной школы, Светлана прилично говорит на двух языках, французском и английском, а самое интересное, представляешь, она потомственная графиня Устюгова.

Бритоголовый присвистнул.

– Повезло, чистокровная принцесска нам попалась.

– Пожалуйста, давайте в резюме, или как это у вас называется, не будем упоминать мою родословную. Нельзя позволить ради возможного привлечения клиентов марать честь рода Устюговых. Папа с дедушкой в гробу перевернутся. Ох, Алена, язык без костей! Надо поговорить с подружкой детства, чтобы поменьше болтала.

Ирина Николаевна и ее братец Бритоголовушка не посчитали нужным ответить на мою просьбу.

– Знаешь, Юра, для нашей богадельни эта девочка – весьма ценное приобретение… – резюмировала хозяйка, обращаясь только к брату, словно меня не было в этой комнате, будто я красивая статуэтка, а не живой человек. – Правда, есть некоторые моменты, которые меня настораживают, – между идеально подведенных женских бровей легла складка.

– Норов?! – предположил Юрий Николаевич… – Ну, это не беда, пообтешем, пообломаем… станет шелковой.