Не смей меня касаться

«Моя»… Так жарко, так радостно, так хорошо стало от этого слова.

Я уж было пошла домой, но потом вспомнила об отсутствии в моем туалете одной весьма важной детали. Обернулась.

– Саш, верни, пожалуйста, лифчик!

– Вот уж нет, это награда победителю заезда. А награды нельзя отбирать! – Шувалов совершенно нагло мне улыбался.

Засмеялась, помахала рукой, а потом скрылась за дверью подъезда.

***

Мама не спала, хотя часы показывали ровно двенадцать часов ночи. Надо же, Шувалов отпустил меня вовремя, карета действительно не успела превратиться в тыкву, и даже принц не стал оборотнем.

– Господи, – запричитала мама, – с вами рехнуться можно, одна только полчаса назад явилась, вторая в полночь пришла. Да еще Юля сказала, что видела, как ты садилась на дорогущий мотоцикл. Таня, это правда?! От тебя я, признаться, не ожидала подобных глупостей!

Сама от себя не ожидала. Но, черт возьми, как, оказывается, приятно сбросить на миг сросшийся с кожей образ зануды-отличницы и побыть хотя бы один вечерок озорной девчонкой-хулиганкой.

– Отцу не стала говорить, нельзя его волновать, и так постоянно давление скачет, иначе он бы тоже спать не лег, ожидая возвращения своей умницы-доченьки, которая почему-то вдруг совершенно забыла о правилах безопасности, – продолжила отчитывать мама.

– Наверное, доченька на поверку не такая уж умная оказалась, – тихонько ответила я на ее тираду и улыбнулась блаженно.

Внутри меня теснились, бушевали чувства, они просто распирали грудь и развязывали язык. Мне необходимо было с кем-то поделиться.

– Мамочка! – чуть нараспев выдохнула я, обняв родные плечи. – Мамочка, я такая счастливая! Знаешь, кажется, я влюбилась, в первый раз по-настоящему, прямо как в романах пишут. Мне летать хочется, или танго танцевать. Если бы ты знала, как я устала быть правильной Таней Лазаревой! Давай станцуем танго, мамуль?!

Мама улыбнулась, но обеспокоенность не исчезла с любимых светло-карих глаз.

– Тань, какое танго, первый час ночи, – отмахнулась она, – лучше расскажи, кто покорил сердце нашей умницы-красавицы?

Вспоминая волшебство сегодняшнего вечера, на миг прикрыла глаза,

– Пока рано говорить, но, знаешь, я такого никогда не чувствовала…

– Ох, дочка-дочка! Скорей бы вы замуж повыходили. Может, тогда стану меньше за вас переживать.

***

В обед следующего дня неожиданно раздалась трель дверного звонка.