Не смей меня касаться. Книга 2

– Быстрая какая, уже и к тете Кате успела сбегать, – включилась в разговор Мила, – по-моему, обыкновенная зубастая стерва, которая хочет поиметь от тебя денег и побольше, а ребенок – лишь способ сделать мужика щедрым.

– Она скорее всего, хотя и говорит, что безумно любит. Но блин, вся семейка Лазаревых, в том числе Таня, они словно в девятнадцатом веке живут, или и того хуже, в средневековье, у них высокие, порой совершенно не логичные принципы. Старшей ты не достоин, а на младшей женись, поскольку заделал ей ребенка.

– Да ладно!– воскликнула Мила. – Скорее пыжатся, дашь денег, будут сидеть себе тихо и мирно, дожидаясь следующей подачки.

– Видела бы ты Николая Алексеевича, он даже на лечение не захотел брать денег, а это вопрос жизни и смерти. Таня вообще отдельный разговор… Такая, наверно, сдохнет, но не прогнется. Готовая, млять, героиня. Ура, вперед и грудью на амбразуру.

– Любую можно прогнуть, если сильно захотеть, не мне тебя учить. В твоих силах устроить так, чтобы хорошую работу она в нашем городе больше не нашла, папашу с мамашей выперли с насиженных мест, а белобрысую беременную сестричку отчислили из универа.

Посмотрим, как они тогда запоют, и куда денутся их принципы.

– Зачем, Мила?! Я не хочу ее прогибать, разве этим любви добьешься, только ненависти и еще большего презрения.

– Чего тебя вдруг на моралисток потянуло, Саш?

– А знаешь, надоели пустышки, до чертиков достало, что все смотрят на меня, будто я чудесное средство три в одном. Опротивели девушки, которые после того, как я их хорошенько оттрахаю, накачав губы и сиськи силиконом, балдея от своей неземной красоты, строят себе карьеру наверх, активно используя для этого мои деньги.

Дети, семья, а уж тем более мой внутренний мир им особо не нужны. Я, видимо, повзрослел, когда встретил Таню, захотелось, чтобы рядом была верная надежная женщина, которая не опозорит меня по случаю, подхватив более прибыльный денежный мешок. Я смотрел на нее и восхищался ее взглядами, умом, чувством юмора… А в постели, прости, Мил, но никогда ни с кем так не было хорошо. И дело, конечно, не в ее суперуменьях в этом деле, были у меня такие искусницы, которые член вместе с яйцами заглатывали, а внутри сжимали так, что любой сразу же обкончается. Дело в ответной реакции. Млять, я себя богом чувствовал, ведь она загоралась от малейшего моего касания. Кроме того, Таня настоящая красавица, ну Серж видел.

Дружок, подтверждая мои слова, утвердительно кивнул головой.