Отцы и деды

Он еще пару раз пыхнул в усы и проворчал:

– Ты еще спрашиваешь чем? Ты зачем мусор в подъезде бросил?

– Где бросил?

– В подъезде! Одно наказание с вами! Между третьим и четвертым этажом кто кучу мусора навалил? Скажи спасибо, что соседи на меня не подумали и не пришли с утра пораньше разборки тебе устраивать!

– Ну так если не подумали, и разборок не будет, в чем проблема?

– Да я тебе и без соседей разборки устрою! Я сам свой мусор узнал, вот по шерсти ее белой! – Коля ткнул пальцем в направлении Иоханны.

 – Я, между прочим, тоже в этом доме живу! В этом самом подъезде! Вот ты дома тоже так делаешь – мусор на крыльцо выметаешь и считаешь, что уборка закончена?

– Дома, Коля, слуги уборкой занимаются.

– Ядреный корень, ты не дома, что б тебя! – Николай перевел дух. – Ну, ты это. Молодец в общем, что убрался, но… Вот под раковиной на кухне ведро мусорное стоит, сложно было туда выкинуть?

– Ведро? – растерянно повторил я.

Не хочется этого признавать, но я тупой! Мне даже в голову не пришло, что в доме должна быть емкость под такие дела, как мусор.

– Николай, простите его, дурака такого, – промурлыкала Иоханна, перетекая из лежачего положения в сидячее. – Он наверняка хотел мусор куда-нибудь подальше телепортировать, да только вот силенок не хватило на большое расстояние.

Спасибо, что не стала повторять заезженную шутку про то, что я недоученный. Но все равно, сама дура. Сидит тут с самодовольной мордой. На коленях у меня, кстати.

Она что решила здесь поселиться?

– Брысь! – прошипел я, дрыгнув ногами.

Принцесса от неожиданности шерсть вздыбила, когтями в одеяло вцепилась, чтобы удержать равновесие, и укоризненно на меня посмотрела. А что смотреть-то? Не я первый с утра пораньше обзываться начал.

– В чем дело? Если я говорю «брысь!», это значит брысь и без взглядов всяких! Пинка для ускорения под пушистый зад не хватает, что ли? Расселась тут как у себя дома!

– Хам ты, Лин, – с достоинством ответила принцесса и, гордо задрав хвост, покинула кровать.

Интересно, вот пока она кошка, это ничего, что мы спим вместе? Или теперь я буду обязан на ней жениться, чтобы спасти ее репутацию?

– Вставай, завтракать будем, – распорядился Николай и отправился на кухню.

Опять макароны. Мерзость, скажу я вам, редкостная, макароны эти! Хоть с кетчупом, хоть без, все равно несъедобно. И Иоханна вот со мной согласна. Сидит уныло над тарелкой, уши повесила.