Правило четырех

Но сейчас неожиданно слова пришли…

Земля – кораблик храбрый мой.

Наполнит парус звонкий голос,

И в море – черном, словно космос,

Сияет звездный путь. Домой

Сквозь Светлый лес лежит дорога.

Четыре сходятся в одном…

Стих оборвался. Натка внезапно очнулась: кто-то громко звал ее по имени – совсем близко, над ухом. Она вздрогнула, чуть не выронив карандаш. Рядом стоял Женек с двумя корзинками в руках.

– Наташ, ты что? – удивленно воскликнул он. – Я тебе минут пять кричу. Пойдем за грибами, тетя Лена просила набрать для супа.

– А? – переспросила Натка, все еще не придя в себя. – Жень, ну ты же не дал мне увидеть, что там дальше!

– Где? Ну ты совсем улетела куда-то, – засмеялся Женек. – Со мной тоже бывает. А рисунок отличный, и столбы клевые, я даже не видел, как их сделали. Качели будут, да? Или турник? Нет, для турника, наверное, высоко. Шикарно!

– Столбы? – переспросила Натка.

– Ну да. Деревья. Так ты идешь за грибами?

Натка не слышала. Она смотрела на два дерева. До высоты около двух метров стволы были гладкими, кто-то успел снять кору.

Поверх шла резьба в виде веток и листьев. Они как будто застыли на столбах. Поперек лежала перекладина. Выше как ни в чем не бывало продолжался ствол, зеленела листва, по верху перепархивали птицы.

Два столба с перекладиной она только что изобразила сама, на бумаге. В реальности их не было. До сих пор не было, а теперь они откуда-то взялись.

– Этого не может быть, Жень, – тихо сказала Натка.

Женек, не вполне понимая, о чем она говорит, осторожно взял Натку за руку и увел подальше от мольберта.

Они пробирались в чашу. Поблизости от дома грибов уже не осталось – дети и взрослые выбрали все, что можно. Под ногами похрустывали сухие ветки, птичьи голоса звенели в вышине. Издалека донесся дробный стук дятла. Прохладно. Женек, не выпуская Наткиной руки, высматривал: не мелькнет ли где-нибудь под деревом коричневая шляпка?

– Я сама их придумала! – внезапно крикнула пришедшая в себя Натка.

Стая птиц испуганно поднялась с куста.

Сверху упала оброненная убежавшей белкой шишка.

– Их там не было, понимаешь? Не было этих столбов! И перекладины! Их никто не делал!

Натка размахивала руками, а Женек во все глаза смотрел на нее – и начинал верить.

– Дядя Коля говорил, что лес – странный, – медленно сказал он.

– Странный? Но не настолько же! Он что, сам вырастил резные столбики? И как раз такие, как у меня на рисунке? И за полчаса?

– Ты рисовала часа два.