Легенда четырех мастей

– Бывшая Бутлера, что ли? – подумал Тремани. Только он собрался посмотреть на компас, как его окликнул голос Бутлера:

– Тремани, иди сюда! Ты купил мой парус?

– Почти…

– В каком смысле «почти»?

– Мне не хватает еще четырнадцать дублонов.

– А я тут при чем? Твои проблемы. Если бы мне не хватало, я бы просто украл, как и любой нормальный пират!

– А если бы мне не хватало, знаешь, что бы я сделал? Я б вошел в каюту капитана, пока его нет, ножичком взломал замок сундука – да, того самого, который за картиной и о котором «никто не знает», – и взял бы столько, сколько бы поместилось в карманах.

– Умный, хмыреныш… Ладно! Четырнадцать, говоришь? – слегка поперхнувшись, выдал пират. – Держи… – капитан нехотя протянул нужную сумму.

– Спасибо, – Тремани присмотрелся к лицу пирата и спросил: – Почему у тебя вся левая щека красная?

– М-м-м-м… неважно! Иди уже, – и продолжил попивать ром.

Флэтчер вышел из таверны и, когда прибыл на рынок, выкупил наконец свое «будешь должен» за шестнадцать дублонов, запакованное в толстый слой бумажного пакета.

Пока он шествовал обратно, вспомнил, что у них не так много времени осталось: шесть дней, чтоб найти двоих, а потом еще и сундук. Но зато теперь он со спокойной совестью мог продолжить поиски третьего избранного. Достав из кармана этот разрывающийся минут пятнадцать назад компас, Тремани покорно пошел в направлении, которое указывала стрелка: куда-то в чащу. Идя вперед и даже не смотря, куда, паренек пару раз упал и один раз чуть не врезался в дерево. Может, ствол он и миновал, но корень его ноги настиг. Тремани упал лицом прямо на землю, споткнувшись об эту корягу.

Флэтчер, выплюнув изо рта траву, двинулся дальше.

Через минут сорок Тремани вышел из чащи и увидел перед собой небольшой домик. Из трубы, покрытой соломой, струился серый пухлый дым, который из-за ветра уходил немного вправо.

Паренек вновь глянул на свой указатель и, увидев, что тот показывает на сарайчик, осмелился подойти к дверям.

Сам сарай выглядел неухоженно, даже, скорей, невзрачно, хило. Тремани постучал, но дверь была не заперта, и потому сама отворилась.

– Привет! Есть кто живой?

Он вновь посмотрел на компас – прибор указывал налево. В той стороне послышался шорох, и Тремани, медленно повернув голову, увидел совершенно не то, что ожидал. Лося! Лося с безразличной моськой, который что-то жевал.