Бедовый месяц

Пока мы с Филиппом здоровались и принимали поздравления, мое притихшие семейство, демонстрируя удивительную сплоченность, таращилось на огромного монстра, оседлавшего башню. Судя по траурному молчанию, им недоставало позитивной лекции о безопасности драконьих перевозок.

Когда мы поднимались по лестнице, тетушка подхватила меня под локоть и зашептала:

– Если что, в перину на моей кровати зашиты сто крон.

– Зачем ты мне это говоришь? – не поняла я.

– Вдруг мы не долетим.

– Полагаешь, в этом случае мне повезет больше всех? – проворчала я, заражаясь ее нервозностью.

Не зря говорят, что паника и зевание – вещи коллективные. – Не бойся, Филипп сказал, что у него служит лучший погонщик королевства. Он лично его нанял.

– Ну раз лично, то, безусловно, бояться нечего… – пробормотала она.

– Ты же путешествовала на драконе, – напомнила я.

После каждой ссоры с Ренделом она непременно припоминала ему путешествие на Освейское озеро, до которого им не удалось добраться.

В воздушном порту дядька перепутал мосты, они сели не на того дракона и через три часа оказались в северных землях. На следующий день вернулись в Энтил, потратив на обратный перелет отложенные на отдых кроны.

– Да, но Лидия ни разу никуда не летала, – буркнула она. – Смотри, какая испуганная.

Невольно я оглянулась через плечо, проверяя младшую тетушку. Та шла с равнодушным видом, не проявляя ни капли беспокойства.

– Да, – с иронией отозвалась я. – Она точно в ужасе.

Спокойнее ее был разве что Филипп.

И Рендел. Не помню, чтобы дядюшка так резво поднимался по ступенькам. Он словно очень торопился усесться в крайне опасный драконий дилижанс, оторваться от земли и провалиться в какую-нибудь глубокую пропасть, чтобы раз и навсегда покончить с надоевшим браком, в котором ему только один раз позволили уйти на охоту.

Через открытые двери мы вошли в кабину, похожую на шикарный салон с удобными глубокими креслами, широким диваном и столиком из красного дерева.

На окнах висели портьеры дороже, чем в нашей гостиной. На полу лежал шерстяной ковер.

– Какое счастье, что ты вышла замуж за этого замечательного человека, – прошептала тетушка.

Дорогой интерьер драконьего дилижанса явно делал Филиппа замечательнее, чем он был, прихватив в медовый месяц всех моих родственников. С легкой руки почти разжалованного секретаря. Даже обидно за Вилсона. Хороший же парень, на редкость исполнительный и услужливый.