Пряная штучка

 – Вам, Алекса, придется подождать.

Если человек, который три года придумывал из мелочи горячие новости, сам превращался в горячую новость, его уже ничего не удивляло. Вот и я даже глазом не моргнула, когда незнакомая девица не только меня узнала в лицо, но еще и по имени назвала.

В шумной, многолюдной столице до Александры Колфилд не было никому никакого дела, по крайней мере, до той злополучной статьи о наследном принце, но в провинциальном городке до меня было дело почти всем. Я никак не могла привыкнуть, что на улице приходилось здороваться почти с каждым встречным, улыбаться или отвечать на вопросы, как продвигается ремонт в дядюшкиной лавке и придет ли тот сорт чая из белых лилий, который он завозил десять лет назад.

Ждать заставили без малого два часа. Вся издергалась! Когда я вошла в кабинет с массивной мебелью, председатель выглядел растрепанным и взъерошенным. Если он не прятал в архивном помещении любовницу, то точно досыпал положенные часы, поджав коленки, на коротком кожаном диванчике.

– Добро пожаловать в гильдию, госпожа Колфилд! – поднялся он из-за стола. – Присаживайтесь.

Бернард Осле оказался вширь и в высоту приблизительно одинаковым, и я немедленно пожалела, что нацепила высокие каблуки. Чтобы не возвышаться над чиновником на добрые полголовы, я плюхнулась на диванчик. Тут меня огорошили новостью:

– По правилам Питерборо, прежде чем выдать разрешение, гильдия должна осмотреть лавку.

– Осмотреть? – не поняла я, живенько представив десять человек, заглядывающих в каждый ящик и угол моего детища.

– Конечно, Алекса, это простая формальность, – улыбнулся председатель, сложив руки на внушительном животе. – Мы же все знаем, какой грандиозный ремонт вы затеяли. Не сомневаюсь, что у вас не возникнет проблем.

Фальшь в его голосе настораживала. Моментально вспомнилась каждая недоделка, оставленная до лучших времен. И вредная крыса вспомнилась. Нахалка не только не пожелала ночью самоубиться крысиным ядом, но и утром неспешно пересекла торговый зал, словно пытаясь доказать, что именно я вторглась в ее владения, а не наоборот.

– И когда же мне ждать вашей простой формальности, господин Осе… Осле? – надеясь, что тот не заметил оговорки, быстро исправилась я. – Мне бы побыстрее.

– Значит, завтра и придем, – приторно улыбнулся председатель, и его глаза исключительно алчно блеснули.

– Тогда до завтра, – приторно улыбаться я тоже умела.