Выйти замуж за злодея

 – Он пожевал блеклыми губами. – Думаю, вы отлично впишитесь в интерьер.

Перед мысленным взором немедленно возникла странная фантазия, будто стою я посреди богато обставленной гостиной, одетая в платье под цвет стенной ткани, и сливаюсь с обстановкой. Даже кровь захолодела, хотя в пальто было ужасно жарко.

– Как мило! Всю жизнь мечтала стать украшением чужого дома, – буркнула я.

Без слуховой трубки старик Фолл все равно не различил злой иронии и объявил:

– И о наследнике уже пора подумать.

«А он еще и в силах?!» – мысленно ужаснулась я, но вслух спросила, демонстрируя сдержанное любопытство (или насколько можно продемонстрировать сдержанность, громко озвучивая мысль в сторону слуховой трубки):

– У вас нет детей, поэтому вы не против приемного ребенка?

– Как же нет – есть, – кивнул он.

 – Шестеро сыновей. Год назад я их всех вычеркнул из завещания.

– За что? – меня разобрал смех.

– Да последнюю жену отравили, – чистосердечно признался он и обиженно крякнул: – Ироды! Хорошая жена была.

Месяца не прожила. Мадам Салазар печалилась, что надо новую искать.

Я икнула и испуганно прикрыла рот ладонью. И еще разок. Что за напасть? Не иначе как инстинкт самосохранения, заложенный в нимф с рождения, таким нетривиальным способом пытался намекнуть, что пора хватать под мышки туфли с каблуками, задирать узкий подол тесного платья и дергать подальше от семейства маньяков.

– Извините, мне надо в дамскую комнату, – с нарочито смущенной улыбкой произнесла я, немедленно решив, что глупо противиться природному чутью на опасность.

Природа точно умнее меня!

– А? – приставил Фолл трубку к уху.

– Мне надо отойти, – повторила я погромче.

– По естественной нужде, что ли, занемоглось? – громко переспросил он, и подавальщик, проходивший возле нашего столика, чуть не выронил поднос.

– Нет! Припудрить носик, – на весь обеденный зал объявила я. – Здесь душновато.

– Так расстегните пальто.

– Лучше припудрю носик, – немедленно поднялась я из-за стола, подхватила сумочку и, не выказывая поспешности, направилась к выходу из обеденного зала.

Правда, ближе к дверному проему самообладание меня покинуло, и я поймала себя на том, что прибавила шагу. Из ресторации выскочила с такой проворностью, точно Никлас Фолл подгонял меня тростью с тяжелым набалдашником. Той самой, которой хорошо отбиваться от хулиганов.

Свободный извозчик, поджидавший клиентов, стоял на противоположной стороне бульвара.