Бабочка

Да, мне доводилось бывать здесь раньше, но в такое время – никогда, поэтому я ненадолго залипла. Искры огней и ленты магистралей, неон рекламы, фары дорогущих эйрлатов, мельтешащих над городом.

Сверившись с навигатором, я направилась по лестнице мимо закрытых витрин бутиков. Надо отдать должное, это, пожалуй, было единственное, что здесь в такое время было закрыто. Вдалеке вырастал монументальный купол Догран Холл, самого известного, пожалуй, театра Ландорхорна, но нужная мне улица увела меня в сторону.

Несмотря на будний день и позднее время, народу здесь было просто море. Причем даже когда я свернула с Рингас-стрит, аорты Четвертого круга.

Мимо меня проходили совсем молодые въерхи и въерхи в возрасте, люди спешили по домам (видимо, из пресловутых закрывшихся бутиков) или на работу (в ночные клубы и рестораны).

Совсем как Лэйс.

Вспомнив о сестре, ускорила шаг, и уже через несколько минут вылетела на улицу, венчало которую заведение, где работала моя сестра. Над входом раскинулись яркие синие неоновые крылья, под которыми располагался вход.

Рассыпая огни и соперничая с мерцающей неподалеку рекламной вывеской, золотом переливалась огромная надпись: «Бабочка».

Клуб действительно поражал своим великолепием: начать хотя бы с того, что он занимал целый квартал. Видимо, желающих в нем отдохнуть было много, а еще (это я знала от Лэйс), внутри была большая сцена для представлений, огромный банкетный зал и много чего еще.

Поразительно, что такое огромное заведение работает исключительно ночами: оно открывает свои двери для всех желающих ровно в полночь и закрывает в шесть.

Шесть часов, всего шесть часов, неужели работа «Бабочки» за это время окупается? Лэйси рассказывала, что у них безумные цены на бар и на основное меню, бронь столика стоит столько, сколько мне и не снилось, тем не менее этот клуб никогда не испытывает недостатка в клиентах и разоряться не собирается. Сюда приезжают не только богатые ландорхорнцы, реклама у «Бабочки» такая, что все любители ночной жизни тянутся сюда из близлежащих городов, туристы тоже не исключение.

– Просто есть те, для кого выкинуть столько денег за одну ночь – все равно что купить разовый жетон на проезд, – говорила она.

И глаза ее, большие, превращались в две узенькие щелочки, а между бровей залегала глубокая складка. Лэйс ненавидела тех, для кого работала, пусть даже лично ей они не сделали ничего плохого.