Истинная поневоле

Он хочет мной владеть и на самом деле не видит во мне равную. Наши отношения изначально были обречены на провал.

– А я – нет, – отвечаю я, все-таки ныряя в промежуток между перилами и Домиником и сдерживаю себя, чтобы не начать перепрыгивать через ступеньки. Наоборот, поднимаюсь медленно и уже на верхней площадке оборачиваюсь, чтобы заметить закрывшуюся входную дверь. После чего спешу к себе.

Далеко босиком Доминик не уйдет, наверняка отправился на пляж, поэтому у меня есть немного времени.

Набираю Хантера и прошу:

– Расскажи все, что знаешь про имани.

– Всё – слишком расплывчатое понятие, – отвечает историк.

Я подхожу к окну и замечаю пересекающего внутренний двор Доминика. Не оглядываясь, он толкает заднюю калитку и скрывается в темноте пляжа. Того самого, на котором я впервые увидела его в волчьей ипостаси.

Замечаю, что свободной рукой вцепилась в край подоконника до побелевших пальцев, и отстраняюсь. Выдыхаю, пытаюсь расслабиться. Мне нужно сосредоточиться на Хантере и его словах, а не думать о Доминике.

– Я рассчитываю, что ты ничего не упустишь, – говорю я. – Потому что я должна знать, кто я такая.

– Справедливо. – В голосе Хантера слышна улыбка. Он вообще как-то быстро включился в разговор, будто с нетерпением его ждал.

Конечно, ждал! Наверное, нарадоваться не может, что встретил настоящую живую имани.

– Как они появились? – спрашиваю я, и тут же исправляюсь: – То есть мы.

Что я чувствую, когда думаю, что я какая-то особенная? Что я не человек и не вервольф? Только растерянность и неверие. Неверие в то, что все это на самом деле происходит со мной.

– Мои родители – мои настоящие мама и папа, я на них похожа.

– Не сомневаюсь в этом ни капли, – успокаивает меня Хантер. – Как и в том, что они обычные люди.

– Тогда… почему я?

– А почему я родился с разноцветными глазами? Природа, генетика. Тебе просто повезло.

Повезло, как же!

– Но как и мои способности, – продолжает он, – твои тоже долгое время находились в спящем состоянии.

– Почему это вообще происходит? Почему рождаются такие дети?

– Я думаю, что таким образом природа заботится об исчезающем виде. А может, это новая ступень эволюции, которая берет лучшее из двух существующих на планете видов и создает нечто совершенное. Более сильную, здоровую, выносливую версию людей и вервольфов.