Мой первый, мой истинный

Ее длинные темные волосы лианами мазнули по коже, пробежались щекоткой, будоража еще сильнее. Возбуждая.

У Юмали не только волосы были красивыми, все ее тело было совершенным. Тело, лицо, то, как она улыбалась или расстроенно кривила губы, как сейчас. Как дикой кошкой тянулась в его объятиях.

– Снова услышал меня?

– Конечно, – усмехнулся Дэй.

– Как ты это делаешь? – не спросила, в очередной раз потребовала Юмали.

– Расскажу, когда станешь моей женой.

– Даже не знаю, отчего я хочу стать твоей больше. Чтобы узнать секрет? Или чтобы заполучить себе тебя?

– Это кто кого еще себе заполучит!

Дэй сжал невесту в объятиях, потянулся к ее губам, но она резко мотнула головой, уходя от его ласки.

– Нельзя, Дэй. На мне и так твой запах. Мать будет недовольна.

Игры в недотрогу Юмали тоже любила. Вроде увернулась от его поцелуев, а сама распласталась по всему телу Дэя, потерлась, пробуждая в нем мужской голод. Провоцируя. Испытывая его выдержку на прочность.

– Со следующей новой луной Сараси объявит нас парой, – напомнил он, утыкаясь носом в ее гладкие мягкие волосы, обводя губами кромку ее уха и довольно улыбаясь, поймав ответный трепет – девушке тоже не удалось остаться равнодушной.

– С новой луной ты будешь моим, – застонала Юмали, когда он ладонями огладил ее бедра, почти забираясь пальцами под тонкую ткань туники.

– А ты моей, – прорычал Дэй, вжимая ее в собственное тело, жаждущее почувствовать себя в манящих глубинах Юмали. Но она извернулась, толкнула его на песок, а сама оказалась на ногах.

– Тем слаще ожидание, – засмеялась девушка.

– Жестокая! – укорил Дэй, приподнявшись на локтях. – Зачем тогда приходила?

– По делу. Сараси сказала, что ждет тебя в большом храме.

Все игривое настроение Дэя мигом испарилось, имя главной жрицы всегда на него так действовало.

– Что ей нужно? – хмуро поинтересовался он.

– Откуда мне знать, – пожала плечами Юмали и убежала, а вот вервольф одним гибким движением поднялся.

Беги-беги, волчица. Скоро станешь моей полностью.

Только поэтому Дэй ее и отпустил и направился к жрице. Хотелось бы в другую сторону, потому что Сараси – последняя, кого ему хотелось видеть на всем архипелаге. Она была женой и истинной парой его отца. Той, что разбила их союз с матерью Дэя.

За это Дэй не любил Сараси, обходил стороной и на все ее попытки сблизиться, стать семьей, неизменно отказывался. Но она была жрицей, и ослушаться приказа жрицы не мог никто из джайо. Ни один волк.

Кроме Дэя.