Надежда Феникса

Мама сказала, что я узнаю все, когда придет время. И что это не моя история, чтобы мне ее раскрывать.

Очень загадочно. Загадочнее некуда.

– И ты не переспрашивала?

– Переспрашивала конечно. Но мама была упорной. Она всегда была очень упорной, вы же знаете.

Я попыталась вспомнить прабабушку Лизу и не смогла. Вера была маленькой, когда ее не стало, а уж я и подавно. Разве что портрет: высокая темноволосая женщина с густой косой, резким, прямым и открытым взглядом.

Он висел у бабушки в комнате сколько я себя помню.

– Погоди… так получается, мама поэтому ни с кем не сходилась надолго?

Бабушка кивнула.

– Да. Она не хотела повторения моего расставания с дедом, поэтому позволяла себе лишь короткие романы. И… вас.

Просто большая дружная семья на выезде! Все это время я думала, что мама – влюбчивая особа, сменившая трех мужчин и родившая трех дочерей от трех разных отцов, а на деле, оказывается, она им жизнь спасала.

И ведь никто из них ничего мне не сказал! А потом, когда мама уехала в Штаты, с четвертым своим ухажером, забыв про нас… Точнее, сказав, что мы тут и сами справимся…

Я вскочила. Хотя вскакивать полагалось Любе, а не мне – это она у нас отличалась импульсивностью, сейчас во мне просто не осталось сил это вынести.

– А мама? – прошептала я. – Она нас бросила почему? Почему уехала, если могла просто с нами остаться?! И вы молчали все это время?! Как вы могли?!

Понимая, что еще немного – и я наговорю лишнего, метнулась к выходу.

Запах вкусняшек потянулся за мной, словно пытаясь остановить, так же, как и голос бабушки:

– Надежда! – но я не остановилась.

Вылетела в коридор, только там почувствовав себя спокойнее. И попросила одного из застывших в коридоре солдат, или как они тут называются:

– Проводите меня к Вере.

[1] Wake Up – в переводе с английского «просыпайся», «вставай».

Глава 4. Коварный план коварного Феникса

– Верунь, мне так тебя не хватает! – прошептала я, сжимая руку сестры. Не хватало еще начать позорно всхлипывать, вот я и не стала. Удивительно, но светлые волосы сестры здесь тоже стали такими же ярко-красными, как у меня, а еще она выглядела значительно лучше, чем там, в больнице.