Надежда Феникса

Стрясу и много других гарантий: например, если сестры захотят остаться и вернуться, у них будет такая возможность и помощь императорской семьи на первое время.

Что же касается меня, я… Я, если честно, никогда особо не думала о других мирах. О переезде – да, временами задумывалась, особенно когда Вера прошла кастинг на «Голос», но теперь-то что? Получается, в том мире алые сирин не смогут создать семью, а я перестану быть алой сирин, и в этом мире уже котироваться не буду.

От всего этого мозги просто в крендельки сворачивались, как синнабоны, только с серым веществом вместо кремушка и корицы.

Можно было бы найти бабушку, поговорить с ней, все обсудить… но она сама мало что знала, не говоря уже о том, что всю нашу жизнь о таком молчала! Ладно мама, та вообще предпочла сбежать, чтобы не заморачиваться. Но бабушка-то! Бабуля! Я же думала, что ей не все равно!

Тук-тук-тук!

Я моргнула и перевела взгляд на дверь. Вскочила, подбежала к ней, распахнула. На пороге возникли «мои» смуглянки с очередной порцией нарядов.

И с моей одеждой! Наконец-то!

Кроссовочки! Родненькие мои! Джинсики! Футболка!

Я чуть было не решила пообниматься с одеждой на глазах у всех, но вовремя передумала. Девушки же, бросив недоумевающие взгляды на спящую на моей кровати сестру, переглянулись.

– Мы попросим, чтобы ее перенесли к себе в комнату, – сказала было одна и собиралась юркнуть за дверь, но я ее перехватила за руку:

– Нет. Пусть спит.

– Да как же? Мы вас сейчас собирать будем.

– Куда? – не поняла я.

– Как – куда? Приказ его императорского величества! Сегодня вас представят ко двору.

– Вы будете личной спутницей императора! – вторила ей вторая.

К тому, что его императорское величество решает за других, наверное, надо было уже привыкнуть. Хотя с чего мне к этому привыкать! Я здесь для того, чтобы поставить на ноги Веру и вернуть здоровую сестру в наш мир, а как он общается со своими подданными – не моего ума дело. Перевоспитывать здоровых мужчин себе дороже, да и в принципе, пусть их жены этим занимаются.

Если не лень.

– Хорошо, – смирилась я, чем явно сэкономила себе и девушкам уйму времени. – Что у нас тут?

«У нас тут» оказалось платье для алой сирин – алое. Утреннее было красное, а это – алое, если вспомнить про мои волосы, то полыхать я буду, как маяк в ночи. Если не как костер. К счастью, красивых женщин в этом мире на костре не сжигали, их только употребляли по назначению.