Надежда Феникса

Врачи так и не нашли для себя разгадки того, что произошло, просто констатировали факт: мол, кома – а больше мы ничего не знаем.

– Она вряд ли придет в себя, – так говорил главврач отделения, где лежала Вера.

– Ей бы в столицу, – говорили соседи. – Там, может, что-то и сдвинулось бы.

Я же продолжала верить и начала искать работу, чтобы можно было Веру свозить в Москву. Поэтому и перевелась на заочный, оставив мечту полностью погрузиться в профессию веб-дизайна, и тоже стала петь. Мне это позволяло обеспечивать нашу небольшую семью и откладывать на поездку, а еще, когда я пела, мне казалось, я становлюсь на шаг ближе к Вере.

А что, если не вернется?

Отмахнувшись от мысли, которая в последнее заставляла меня изображать ночное животное несплюн или ворочаться в постели по два-три часа перед тем, как заснуть, я переоделась. Сунула платье для выступлений – короткое, темно-синее, в сумку, туда же отправилась бижутерия и туфли на каблуке в специальном футляре.

Облегченно вздохнув, перед тем как снова взвалить на себя эту ношу – на сей раз на плечо, я потянулась, вбила ноги в растоптанные кроссовки и вылетела к служебному входу, на бегу попрощавшись с охранником:

– До завтра, Сан Саныч.

– До завтра, Надежда! – махнул мне рукой седой мужчина, на груди которого красовалось неизменное ЧОП «Кобра». – Ты бы такси взяла, сегодня особенно тебя задержали.

– Да здесь недалеко.

– Как твой поклонник? Больше не объявлялся?

Поклонником Сан Саныч называл мужчину, который регулярно приходил на мои выступления, заказывал ближайший к сцене столик и глазел на меня. Возможно, мы бы его и не заметили, но у него была очень запоминающаяся внешность: длинные, до лопаток, серебристые волосы, будто седые – несмотря на то, что сам мужчина был молодой, а еще пронзительные, ледяные глаза и неизменно черные одежды. Он напоминал гота или ролевика и всегда был один.

– Нет, – улыбнулась и выскользнула за дверь.

Дом, где мы жили, действительно располагался недалеко – в двух кварталах от кафе, в котором я пела. Такси я сейчас ждать буду дольше, чем идти пешком, район у нас тихий, да и май уже, ночи синие-синие, скоро совсем светлые станут. А ведь впереди еще целое лето! При мысли о лете в сердце раскрылась самая что ни на есть настоящая полянка с цветами, и оттуда отчетливо запахло земляникой.