Ныряльщица

И не только интересовалась, но и просила его установить программу «Бёрт», с помощью которой можно отследить местонахождение.

– Ньестр Родрес Б’игг объяснил, что вынужден был это сказать. Как бы это поточнее выразиться… потому что ньестр К’ярд на него очень сильно давил. Мы провели тщательное расследование, и выяснили, что тапет ньестры Д’ерри находился в эйрлате ее знакомого.

– В том, который был угнан? – уточнила я.

– Да. В любом случае, виновники случившегося с вами мертвы, они погибли от передозировки.

Состав преступления исчерпан, и я предлагаю вам, нисса Мэйс…

– Нет, – спокойно сказала я, хотя меня всю трясло.

– Нет?

– Нет. Не исчерпан. Я не снимаю обвинения с Ромины Д’ерри.

– Вы же понимаете, что если станете упорствовать, это может быть расценено как намеренное лжесвидетельство и клевета? И что обвиняющей стороной может стать семья Д’ерри?

– Ромина Д’ерри, – четко сказала я. – И ее дружки. Я могу поклясться всем, что мне дорого, что в ту ночь на меня напали именно они.

Политари ощутимо напрягся.

– Что ж, в таком случае мне остается только устроить вам очную ставку, нисса Мэйс. Это большее, что я могу для вас сделать, и то исключительно потому, что ваша ситуация действительно очень сложная. Вам пришлось пережить нападение под действием…

– Устраивайте, – сказала я. – А сейчас мне пора в Кэйпдор, потому что если я пропущу еще одну пару, мне придется покупать методичку, которые на лекциях выписываются бесплатно.

Да, в Кэйпдоре своя система соблюдения учебной дисциплины.

На некоторых занятиях пропуск равносилен тому, что приходится покупать учебные материалы, вот только я сомневаюсь, что для таких как Ромина это что-то значит. Впрочем, человеческие жизни для них тоже ничего не значат, и судя по всему, для главного судьи тоже. Мы живем в потрясающем мире, защищающем нас со всех сторон. Как ни крути.

Я уже почти выхожу из участка, когда меня догоняет молодой политари.

– Нисса Мэйс!

Оборачиваюсь: это тот самый парень, что сопровождал меня в кабинет.

– Вы отлично держались, – говорит он.

В глазах его я читаю понимание.

– Спасибо, – я смотрю на его нашивки и имя на мундире, – риджант Фьер.

Парень улыбается и уходит. Я же смотрю ему вслед и думаю о том, сколько ему лет. На вид не больше двадцати, но он уже рискует жизнью на улицах Ландорхорна. Может, Лэйс была права в том, что я зря поступила в Кэйпдор, все это обучение – развлечение для богатеньких, и мне там нечего делать.