Танцующая для дракона. Небеса в огне

 – Поскольку у Гроу двойное гражданство, этот вопрос будет решаться на отдельном Совете. Разумеется, если он добровольно откажется от выезда.

Он откажется, почему-то подумалось мне.

Откажется, потому что снимает историю Ильеррской, и вот от нее он точно не откажется. Сама не знаю почему, сейчас эта мысль кольнула какой-то диковатой противоестественной ревностью.

Спать надо больше, ага.

– Точно так же, как участь Мелоры.

– То есть?

– Суд над местрель Ярлис состоится отдельно.

– Погоди, а что у нас было сейчас?

– Предварительное разбирательство. Вынесение приговора на таком уровне никогда не происходит день в день.

– То есть мне надо будет еще каким-то образом попасть на вынесение приговора?

– На вынесении приговора Ярлис ты можешь присутствовать, как пострадавшая сторона. Что касается слушания по Гроу… думаю, мы просто их объединим. Потому что отдельно на него тебя не пустят.

Ладно.

Главное, что я смогу обратиться к Совету с просьбой, остальное детали.

– Мне надо вернуться, – сказала Леона. – Заседание почти закончилось, еще полчаса – и будем свободны. Поедем домой.

А?

– То есть как домой?

– Ты же хотела вернуться в Мэйстон.

– Вообще-то нет. Я говорила, что не уверена в том, что хочу продолжать сниматься, – внимательно посмотрела на сестру.

– И? – она вернула мне взгляд.

– Я остаюсь.

Готовая выслушать много всего интересного, внутренне напряглась, но к моему величайшему изумлению, Леона просто улыбнулась.

– Я рада.

– У-м-м-м…

Это единственное, на что меня сейчас хватило.

– Я правда рада, Танни. Возможно, я повела себя несколько экспрессивно, когда обо всем узнала…

– Несколько?

– Когда-то я сама была в такой ситуации, – она пожевала губы и бросила на меня быстрый взгляд.

– Ты?

– Да. Был момент, когда я думала, что мне придется выбирать между семьей и сценой. Точнее, между Рэйнаром и сценой, – она посмотрела на меня уже гораздо более пристально.

 – И я почти отказалась от второго, потому что для меня были очень важны наши отношения. Наверное, это решение было для меня самым тяжелым, но потом я увиделась с коллегами и поняла, что просто не смогу уйти. Не смогу подвести их, даже если это будет значить, что…

Она замолчала, словно подбирая слова.

– Прости, что заставила тебя думать так же. Я просто безумно волнуюсь за тебя, Танни.