Прощание с Гербалаевым. Житейские хроники

Удовлетворенный собой, но не сверх меры – дескать, так и должно быть, будничные труды, – я закупил коробку с продуктом и контрактом, поехал к Марине домой.

Но там уже караулила ее мама.

Она внимательно выслушала все, что я рассказал, но теперь у меня уже не было поддержки в виде прожекторов, Меркьюри и мастеров слова. Мама не без вкрадчивого торжества сказала, что Марина в этом участвовать не будет. И пусть я верну деньги, которые я уже потратил на вступительную коробку.

А дальше началась мистика.

Оказалось, что над всеми нами господствует еще один, более могущественный супервайзор. Едва Марина раскрыла рот, как мама завизжала и припомнила ей покойного папу.

– А папа? Папа сейчас на тебя смотрит с того света? Что он скажет?

Под пристальным взором папы мне сделалось неуютно.

Марина попробовала ответить моими же доводами, но мама не отступала:

– А как же папа? Папа, который глядит?

Папа, примкнувший к воинству Михаила Архангела, плашмя ударил меня сверкающим мечом.

Я выставил ладони и заявил, что всё-всё. Вышел в коридор и стал звонить коллегам, консультироваться. В этот момент входная дверь медленно отворилась, и на меня уставилось черное дуло пистолета. Я положил трубку и поднял руки. Подсознательно я давно был готов отправиться за решетку.

Призраки, науськанные иномирным папой, не дали двери захлопнуться, так что сработала сигнализация, приехала милиция в бронежилете.

– С вас штраф за ложный вызов, – объявила милиция с облегчением.

– И в этом я виноват? – спросил я злорадно у мамы.

Та потеряла самообладание и затопала ногами, воя:

– И в этом! И в этом!..

Невидимый папа радостно наблюдал за переполохом.

Эпизод 9: Автор сценария

Я уже тогда был опытный и подозревал, что Гербалаевская клиентура мало чем будет отличаться от неврологической. Но вот о Гербалаевской агентуре я так не думал. Намерение предаться бизнесу казалось мне несовместимым со слабоумием и распадом личности.

Однажды в Театр Марионеток пришло письмо на мое имя.

В Театре Марионеток – что показательно – мы устраивали презентации. Мы вообще славились богатой географией: Планетарий, Дворец Белосельских-Белозерских, Дворец Труда, Дворец Молодежи, Дворец спорта «Юбилейный», Дом Композиторов и так далее. Белая кость. Дом природы еще был. Ну и Театр Марионеток.

Эдик Ланда, высокого полета Гербалаев (о нем еще пойдет речь), накинулся на меня с кулаками.