Тернистый путь, или Я плачу болью за мою боль

У меня ситуация еще хуже чем у тебя, но я живу по принципу: надеяться на лучшее, но быть готовой к худшему… И главное держать себя в руках и не поддаваться эмоциям…

– За что ты здесь?

Люси смотрела на меня загадочным взглядом и молчала. Затем переведя глаза на проститутку, сморщилась.

Дверь неожиданно заскрежила своим истошным душераздирающим звуком и открылась.

– Ивченко Анастасия! – грозно сказал женский голос.

Девушка, которая лежала на холодном полу, неохотно поднялась, забрала свой плед и ушла вслед за женщиной в форме.

Железная дверь снова закрылась на тяжелый засов и тысячу замков.

– Убийство… – вдруг шепотом произнесла Люси, когда мы остались с ней наедине, – Убила одного козла, который этого заслуживал…

– За что ты его?.. – так же шепотом спросила я.

– Долгая история, – Люси сдула со своего лица прядь волос.

– По моему, времени здесь предостаточно… – грустно заметила я.

– Ты вроде на подставную не похожа… Так играть никто не может… Я могу тебе доверять?

– Можешь… А как понять, «подставная»?

– Следаки любят подсаживать в камеру «уток»… подставных людей… Ты ничего об этом не знаешь, общаешься с человеком, выкладываешь ему всю свою душу и рассказываешь всю подноготную… а он потом тебя сдает… Вот и все… Таких много… Когда я сюда попала в первый раз, была тут одна такая, все прикапывалась ко мне: кто я, да что я, за что сижу… ну и так далее… Теперь мне таких сразу видно, играют плохо, непрофессиональные актеры.

– Ты ведь тоже можешь быть подставной… – вдруг прошептала я.

– Ты совсем больная? – разозлилась Люси. – Стала бы я тебе вообще об этом говорить, если бы была одной из них?

– Да кто его знает…

– Ну и ладно! Раз ты так считаешь, то разговор наш окончен. А ты продолжай рыдать и разговаривать сама с собой. Только, пожалуйста, делай это как можно тише, я не хочу этого слушать и так тошно от всего.

Я тут же ощутила чувство всепоглощающего одиночества.

– Люси, извини, я первый раз в такой ситуации, в таком месте… мне сложно здесь… Я подвох во всем вижу, у меня уже фобия…

– Хорошо.

Я думаю, мы нужны друг другу, очень сложно находится здесь и разговаривать только с собой, так и с ума можно сойти… Мне бы хотелось выговориться… Очень многое накопилось, очень многое в себе держу, устала… Но боюсь так же себе этим еще больше навредить… Ты права, здесь можно подвох ждать от чего угодно. Но я готова рискнуть… Всю жизнь рисковала, так что теперь… – улыбнулась Люси грустной улыбкой.