Тернистый путь, или Я плачу болью за мою боль

– Я не считаю, что вот так переспать с каким-то проходимцем – это просто жизненный опыт, на самом деле это твоя глупость и неопытность. Так распорядиться со своей девственностью… – Света покачала головой, что меня еще больше взбесило. – Ты слишком наивна. Как ты могла поверить ему, он же в Кубинке самый первый бабник! Поклялся в вечной любви, а ты и растаяла, – я от тебя такого не ожидала.

– Я тоже от тебя не ожидала, что ты будешь меня постоянно этим упрекать! Я бы могла тебе вообще об этом ничего не рассказывать!

– Да, интересно и кому бы ты тогда стала плакаться, после того как он тебя бросил?

– Если бы знала, что ты такая стерва, то уж точно не тебе.

– Ладно, извини, просто, ты мне слишком дорога и я переживаю за тебя и за твою дальнейшую жизнь. Ты обожглась, совершила ошибку и сделала совершенно не те выводы. Любовь – есть, и есть ошибки, которые мы совершаем, и есть мерзавцы, которые нас обманывают, а затем бросают. Но нельзя судить о жизни после первой неудачи.

– Почему нельзя? Очень даже можно. И я считаю, что я права! Нет любви – нет боли и никто меня никогда не обманет! А этот секс, – опять еле выдавила из себя я, – мне тем более не нужен… Никогда не думала, что это так противно и унизительно. Если бы знала об этом заранее, никогда бы не согласилась! Это ужасно! Зачем вообще девушки этим занимаются?!

– Никогда не думала, что ты будешь так рассуждать… Секс – это прекрасно, – как естественно в словах Светы звучало слово «секс», – Это слияние душ и тел, если, конечно, секс происходит по любви.

Я уверенна, что ты изменишь свое отношение к этому, когда время избавит тебя от той боли и обиды, что причинил тебе Глеб. Я согласна, то, что он сделал с тобой – это ужасно… но бывает совершенно по-другому…

– Я не хочу больше ничего об этом слышать! С меня хватит!

– Хорошо, я не буду больше с тобой спорить, – вздохнула Света и печально улыбнулась мне в ответ.

Зайдя в университет, я подошла к расписанию и посмотрела в какой аудитории у меня собрание.

Подойдя к нужному мне кабинету, я сделала большой вдох и медленный выдох. «Все будет хорошо», – попыталась убедить себя я и вошла.

В аудитории сидело человек двадцать, кто-то общался между собой, кто-то сидел молча, а кто-то занимался своими совершенно посторонними делами. Я робко прошла и села на последнюю парту. Сейчас мне почему-то хотелось быть как можно менее заметной.