Всему виной твои глаза

Она положила мне голову на плечо и, тихо всхлипывая, спросила:

– Что делать-то будем теперь?

– Ничего, – спокойно ответила я.

– Как? – Мила округлила свои красные от слез глаза.

– Ну а что ты предлагаешь? Заявить в милицию? Сказать, что у нас пропала большая сумма денег? Тогда нас обязательно спросят, откуда у нас такие деньги. Что мы им скажем? Скажем, что подстроили липовое изнасилование и шантажом выманили деньги?

– Ты права, к ментам обращаться нельзя… Но может… можно найти вора самим?

– Мил, ты, наверно, перенервничала.

Ты вообще думаешь, о чем ты говоришь? Ладно, допустим, мы даже найдем вора, только наверняка придется обращаться к темным силам, к магии, – глупо и некстати пошутила я, – и что ты ему скажешь, когда ты его найдешь? Окажите, пожалуйста, любезность, отдайте наши денежки?

– Я выцарапаю ему глаза, а потом оторву ему яйца и выброшу их в окно!!!

– Заткнись, – не выдержала я Милкиного бреда, – давай поговорим серьезно. Эти деньги нам достались нечестно, но, конечно, деньги не пахнут – я не спорю.

Они как пришли, так и ушли, с этим уже ничего не поделаешь. Это еще не конец света. У нас еще осталась другая часть денег, и это не маленькая сумма. Сейчас наша задача – беречь эти деньги как зеницу ока. Усекла?

– Я не усекла только одного. Как мы проживем на эти коврижки в таком большом городе как Петербург?

– А ты как думала, что тебе все достанется на блюдечке с золотой каемочкой? На первое время должно хватить… Надо будет снять самую дешевую комнату и экономить на всем… даже на своем желудке… Будет сложно, но мы сильные! Ты же знаешь, что нам море по колено! Мы же будем вместе, мы не одиноки, мы вдвоем.

А вместе мы можем многое, верь мне.

Утром поезд прибыл к маленькому городку Свеча, там мы сделали пересадку. Уже завтра мы будем в Петербурге. Я так хочу жить в городе, наблюдать за непрерывным потоком машин, вечно спешащих куда-то городских людей… И я буду этим наслаждаться! Я уверена, что я влюблюсь в этот город с первого взгляда и навсегда! Я заставлю, чтобы он меня принял и полюбил.

Если он не захочет по-хорошему, то будет по-плохому. В любом случае, обратной дороги нет, обратно я ни за что не вернусь! Я лучше умру, но умру там, а не в своем замызганном поселке!

Все то время, которое мы были в пути, Мила вела себя как-то странно. Наверное, она все никак не могла смириться с тем, что случилось. Она постоянно о чем-то напряженно думала, смотрела в окно и ни о чем со мной не разговаривала.