Дневники дьявола

Антон вдруг вмиг успокоился, откинулся на спинку стула и озорно подмигнул мне:

– Яка гарна жинка, от це ж казачка, от цеж так! – и заливисто захохотал.

Я с удивлением смотрела на хохочущего мужчину, который только минуту назад готов был своими связями вычеркнуть меня не только из списков редакции, но и жителей города.

Смахнув выступившие слезы, Антон миролюбиво склонил голову и дурашливо произнёс:

– Ой, не губи барыня, холопа своего, помилосердствуй, ну хоть не очень ругай за мои деньги-то, а? Юбилей все же, а я обещаю, что займусь и техникой безопасности, и радиацию заасфальтирую и подсобки в приличный вид приведу и зарплату работягам повышу.

Вот видите, Мария Станиславовна, я прекрасно знаю наши «узкие места» и готов решать проблемы!

–Вот то-то и оно, что лучше бы деньги, которые в водке и коньяке растворились, да в туалет слились на пользу предприятию и работягам истратили, а то ведь блеск и нищета в одном флаконе! – ещё не остыв от перепалки, с укоризной произнесла я и твёрдо добавила:

– Писать буду как считаю нужным, по закону и моей совести.

Хотите забрать деньги, пишите письмо и присылайте с доверенностью работника, выдам немедленно в кассе наличными. Статья выйдет за счет газеты …

Я протянула Антону чистый лист бумаги, но он только устало махнул рукой и, тяжело встав со стула, сухо произнес:

– Ладно, давайте по совести, получу что заслужил, ничего не поделаешь. Вот только простите меня великодушно за срыв и угрозы. Накрутили меня крикуны все хором, не сдержался.

Ну, мир, Мария Станиславовна? – и он протянул мне руку.

Я тоже встала и шагнула ему на встречу, но руки не подала:

– Руку первой подает женщина, если сочтет нужным.

В глазах Антона снова показался смущенный подросток, но лишь на секунду и он, проигнорировав нравоучение, взял мою руку и прильнул к ней чувственным поцелуем. Взглянув на меня с полупоклона Антон Максюта откланялся и аккуратно прикрыл за собой дверь моего кабинета, а я посмотрела на то место, где отметились его губы, и пошла мыть руку.

Почему я так сделала тогда? Этот вопрос повис, потому что, устав копаться в собственных эмоциях, умозаключениях, воспоминаниях, я наконец задремала под мерный шум двигателей и проснулась только от голоса стюардессы, просившей пассажиров приготовиться к посадке. Ну вот и Сибирские Афины, земля моя обетованная.

Глава третья.

«Заказное убийство!!!». Провинциальный городок это известие облетело мгновенно.