Дорога в Перекрестье

Рожа нахально осклабилась черными зубами, один из которых в переднем ряду отсутствовал, и сообщила гнусавым картавящим голосом:

– Коселек или зызнь, двуногий оболвыс!

Том застыл с вытаращенными глазами, уставившись на коня. Тут-то он осознал, что Морлана нет рядом и позвал сдавленным голосом:

– М-морлан! Морлан!

Морда коня сморщилась, а ноздря задергалась то ли от нетерпения, то ли от возбуждения:

– Коселек или зизнь, укусу! Съем! – заголосил конь дурным голосом, переминаясь с ноги на ногу.

– Ты кто? – прошептал Том.

– Я? Ух, сяс я тебя за такие лазговолчики сцапаю за клуп и вытлясу дусу! – пригрозил конь.

-Я – Нахалин Оголтелый! Как мозно не знать! Слусай, я с тобой ззесь цацкаца не буду! Слысь, сусоный комок волос, я с тебя козу сделу! А? Нлавиться, что ли, голым ходить? Зубки-то у меня остлые! А? Слысь, лозовый облубок, я с тобой лазговариваю! – истерично заорал конь и запрыгал от нетерпения на месте.

Том дрожащей рукой начал расстегивать ремень на брюках, явно не осознавая своим мозгом, что же он делает.

Глупый конь с интересом смотрел то на лицо Тома, то на его руки. Наконец, коню это надоело, и он с криком: «Убью!» рванулся к Тому, и Том каким-то невероятным движением набросил ремень на шею коню. Нахалин Оголтелый встал, как вкопанный, и вдруг выражение его морды из нахального, безумного и грубого стало милым и ласковым.

– Сто пликазете, господин? – заискивающе осведомился конь.

Том сглотнул, пытаясь осознать свой поступок. Неожиданно листва

кустарников, растущих по бокам, зашуршала и появился сначала белоснежный посох, а затем и сам Морлан.

– О-о! Ты, я смотрю, сумел за мое отсутствие приручить келпи! Неплохо, мальчик, неплохо! Браво! – радостно похвалил Морлан Тома.

– Морлан, где ты был?! Может, я не очень-то вежливо сейчас к тебе обращаюсь, извини, но ты меня бросил одного! А у меня ни меча, ни даже ножа с собой нет! – возмутился Том.

– Но твоя интуиция тебя не подвела, правильно? Не могу же я быть с тобой рядом все время! Я же не телохранитель и не нянька тебе, я всего лишь проводник.

Прошу тебя, дорогой Том, не будем ссориться, давай лучше подумаем, что будем делать с этим келпи, – предложил Морлан.

– Лучше для верности его привязать к этому сухому дереву и оставить! – ухмыляясь в бороду сказал волшебник.

– О-о! Нет, нет! Это зе зестоко! Это узасно! Я плавда буду очень холосим келпи. Плавда, плавда! – заверил дрожащий от страха Нахалин Оголтелый.

– Хм, поверю на слово.