Дорога в Перекрестье

Том с интересом следил за своим проводником, ожидая, наверное, что старый маг будет варить какое-то зелье, составленное из отвратительных ингредиентов, вроде змеиных голов и красных слизней. Но, к разочарованию Тома, этого не произошло. Морлан достал коробку растворимого чая «Липтон» и, доведя до кипения воду в котелке, бросил туда пакетики из коробочки, держа их за веревочные «хвостики».

Чай? Просто чай? Зачем же нам чай? Том никак не мог понять, для чего же Морлан остановился.

Морлан набрал целый половничек, вылил его в походную пластмассовую чашку и подал Тому со словами:

– Пей. Тебе надо набираться сил и энергии.

Том удивился, но чай взял. Морлан налил и себе чашечку. Том изумился:

– Откуда все эти запасы? Например, чай, который продают только у нас…

Морлан ничуть не удивился этому вопросу и очень спокойно отвечал:

– Закупил по дороге в деревеньке Рокфор, в Западном Заречье.

Том отхлебнул из чашки, тщательно подбирая слова для следующего вопроса:

– А откуда же здесь чай «Липтон»?

– Я им его завез, как только эта компания появилась. Стараюсь не задерживаться в Твоем мире, хоть время для меня одинаково что тут, что там. – сообщил Морлан.

– А деньги? Деньги ты где берешь? У нас же фунты, а не леи.

– Ну, у меня в твоем мире есть один знакомы нумизмат. Он с радостью берет и меняет леи на фунты, – ответил Морлан рассеяно.

Взгляд волшебника будто провалился куда-то, мимо Тома. Том с беспокойством взглянул на него, а Морлан тихо пробормотал:

– Элизиус? А ты что же здесь делаешь?

Том резко обернулся и столкнулся взглядом с темно-карими глазами человека с каштановыми волосами. Он был красив и по-своему грозен. В руке его был изящный короткий посох с голубоватыми кольцами в верхней части набалдашника.

– Кто вы? – прошептал Том.

– А-а. Здравствуй, парень. Ты ведь Том, так? Морлан нам уже успел рассказать. Я Элизиус, а еще меня называют Молния, – приветливо ответил человек.

– Ты умеешь вызывать молнии? – не унимался Том, забыв даже сказать «вы» вместо «ты».

– О да! Но показать тебе сейчас не могу – не хочу нарушить Всемирное Равновесие.

Том немного рассердился при этих словах, ведь он до конца так и не понимал смысла Всемирного Равновесия.