Алсу Паладин

В этот период вам предоставлено право отбыть на планету «Ю» и заслужить привилегию стать полноценной ячейкой общества Международной Гильдии Людей или же быть сосланной на пожизненное заключение в планету Крематорий.

Пока гость обдумывал смысл услышанных слов, его девочка вжала голову в плечи и ссутулилась, а длинные пальцы Друза с силой сорвали золотые нашивки с ее плеч. Ей небрежно обрили часть головы, слева набив что-то наподобие наколки или серийного номера. Надели наручники и увели с поляны.

«На этой стороне барьера она была жива! Пусть ее унизили на глазах всех лицеистов, но прекрасная леди осталась невредимой!» – подумал гость и произнес вслух:

– 2415 год…

Вот и все.

Надежда растаяла. Их разделяло не только расстояние на земле, а годы. Больше пяти поколений, сотни лет и…

Он был готов заплакать от обиды на то, что не прислушался к внутреннему голосу, твердившему ему найти пару среди своего общества. Он выбрал ее. Он всегда выбирал ее, потому что…

Новое необычное перемещение не дало мужчине закончить мысленный диалог.

Теперь он находился в узкой, вытянутой, абсолютно красной комнатке. Напротив него сидел тот самый Томас Друз: в трусах, в грязной измятой рубашке, необритый. Пьяный молодой человек рассматривал пистолет в руке.

– Стой! Стой! – гость вытянул руки вперед и пошел к офицеру, когда тот приставил дуло к виску, выстрелил…

Темнота. Свет. Новое перемещение.

Мужчина сидел ровно на том месте, где был Томас. От тела не пахло потом, а воняло. Волосы на голове слиплись от грязи, а щетина на лице неприятно чесалась.

Офицер в центре поляны Октавия и человек, в теле которого оказался гость, были словно два разных человека.

Гость поднял руку, осмотрел пальцы, сжал кулак. Тело повиновалось легко. Потом он заставил его подняться с кровати и тут же чуть не поперхнулся. Во рту через задние носовые отверстия что-то упало в рот.

Подошел к зеркалу. Выплюнул в раковину. Миниатюрная пуля.

– Выберусь из этого дурдома – напишу книгу. И буду говорить всем, что вдохновил сон, – голос у Томаса был на тембр выше голоса гостя.

Да, и сам офицер был почти на голову ниже мужчины, моложе, коренастее, кожа оказалась темнее, несмотря на то, что Друз имел европейские черты лица, русые волосы, прямой нос. Судя по мешкам под глазами, парень не спал всю ночь.

Мужчина всмотрелся в отражение. В зеркале глаза были другого оттенка. Это был даже не цвет, а будто их заволокло какой-то черной пеленой, теперь они имели карий почти черный цвет.