Моё наследство

Мама оторвалась от меня, поймала Стерву, и села рядом с Сергеем Дмитриевичем.

– Майор, что произошло?

Полицейский сморщился от запаха спиртного, идущего от мамы, после юбилейного застолья и пробубнил: «Вам дочь всё расскажет», – встал и боком вышел из комнаты, старясь ничего не задеть.

Мама немного обиделась на невнимание к её особе, потом взгляд её сфокусировался на бутылке «Мартини» на журнальном столике.

– Настя, тебе необходимо выпить, снять стресс.

Она быстро встала, взяла два высоких бокала, налила по половине.

– За то, чтобы у нас всё было хорошо.

После этого она залпом осушила бокал, со звоном поставила его на стекло столика, и сердито посмотрела на меня.

– Ты чего плачешь?

Я шмыгнула носом. До приезда мамы надо было держаться, стараться выглядеть молодцом, а теперь меня развело во все стороны.

– Приехала, а у него вот тут, на шее – кровища. Жалко. За что его так?

Мама растерялась. Парня она не видела и переживала только за меня. Какой-то раненый грабитель… Оно ей надо? Но, представив, что женщина её возраста сегодня узнает о судьбе искалеченного сына, мама заплакала.

В комнате опять появился Сергей Дмитриевич, покосился на нас с сочувствием.

– Парня забрали, отпечатки сняли, можете начинать уборку, мы уходим. А тебе, Настя, хочу сказать – дело очень уж странное. Кстати, если б ты приехала на десять минут раньше, то могла быть замешана в разборке.

Тяжелый бокал с «Мартини» в моей руке выскользнул из мокрых пальцев и бомбой взорвался, упав на стекло журнального столика.

Стекло столика пошло мелкими трещинами, литровая бутылка и мамин бокал провалились на пол. Бокал треснул, бутылка осталась цела.

Сергей Дмитриевич неодобрительно покачал головой и вышел, громко закрыв за собой входную дверь.

Мама смотрела на меня испуганным взглядом.

– Настя, кому мы перешли дорогу?

И у меня, и у неё возникло несколько предположений, в том числе и о квартире, но мы решили сегодня себя не накручивать, подождать завтрашнего дня.

Хотелось посоветоваться с отцом, но он был на даче, где шел дождь, а в дождь у нас пропадала связь и отключалась антенна телевизора.

Мы с мамой подмели пол от осколков, задвинули ящики в мебели, стёрли серый дактилоскопический налёт. Скатали ковёр с кровавым пятном, поставили его в коридоре у стены… и делать стало абсолютно нечего. Мама села в кресло перед телевизором. По пятидесяти программам из двухсот стреляли или готовились стрелять.