Когда развергнутся тучи. Начало

– Что ж, если она смогла выдержать такой напор электричества, тогда усильте их и поставьте время, чтобы через час он отключился, а лучше через полтора, – приказал дядя.

– Но не слишком ли много для неё сегодня, а если она умрет от такого? – сказал один из зрителей.

Джар резко повернулся к нему, вытащил свой меч из ножен и отрубил ему голову.

– Если она сдохнет от такого, то она не подойдет для моего «бравного воина», и я буду искать другого, – сказал он ему и яростным взглядом посмотрел на остальных, – еще есть возражения? Тех, кто попытается еще хоть слово мне сказать, про мои действия, ждет та же участь.

Если здесь есть те, кому не нравится происходящее, то может валить отсюда. А теперь, подключай! Никто больше и слова не сказал, даже взгляда боялись поднять на своего господина. Они включили машину, и все покорно стояли и наблюдали за происходящим.

Анжелиза и крестьяне.

Время шло, Джарольд каждый день забирал меня из замка и привозил к себе в лабораторию.

С каждым разом он становился более жестоким и больше держаться я не смогла.

Как-то раз, когда мне было 5 лет, я попыталась рассказать маме обо всем, что он делал. Но я и подумать не могла, что все это время за мной следили.

Оказывается, Джарольд приставил к моей двери в комнату, своего охранника. Поэтому, когда я решила пойти к маме, охранник схватил меня за локоть и швырнул обратно в комнату, при этом он тоже зашел, а следом за ним и дядя, и они плотно закрыли дверь.

– И куда же ты собралась, моя милая? – с упреком и издевательски спросил дядя.

– Я хотела прогуляться, – я так сильно его боюсь, что мой голос начинает дрожать от одной только тени на стене, я уже молчу о том, что происходит со мной, когда он на меня смотрит.

– Да что ты говоришь. Я отлично знаю, что ты решила пойти к Саре и все рассказать.

Мое сердце ушло в пятку, я не могла и звука произнести, и окаменела от страха.

– Знаешь, при своих пяти годах, ты довольно умный ребенок. Не многие дети в твоем возрасте еще могут отлично разговаривать и быстро думать, но ты у нас исключение. Ты ведь еще в младенчестве могла понять, кто, о чем разговаривает, и что я с тобой делал, я прав?

Я испуганно сглотнула.

– Ну что ты, не бойся меня. До тебя быстро доходит, когда нужно заткнуться, а когда говорить.