Ветер пыльных дорог

От неожиданности граф отпустил её, хватаясь за щёку и ругаясь так же «изящно», как её знакомые деревенские парни. Аньес засмеялась.

– До свидания, милорд, – громко сказала она ему на прощанье и вскоре скрылась за дверью их с отцом комнаты.

Всю ночь Аньес спала беспокойно, то и дело ворочаясь в кровати и тревожа отца, который постанывал от боли в голове, а потом, не выдержав, и вовсе вышел из комнаты, да так и не возвратился до самого утра. Почти сразу же после того, как Эдмон ушёл, в сон девушки пробрался какой-то посторонний звук.

Она сразу же проснулась и в удивлении огляделась по сторонам. Казалось, будто кто-то постукивает в окно. Но ведь оно находится на втором этаже?…

Аньес встала и подошла к окну, заспанными глазами выглядывая во двор. Сон тут же выветрился из её головы, глаза расширились, а из груди вырвался прерывистый вздох. Через секунду глаза её уже полыхали яростью.

Под её окном угадывалась чья-то тень… и она могла точно сказать, что это был граф Дерби. Он бросал комки земли в окно в надежде её разбудить! Вот подлец! И разбудил же… К счастью, Аньес не могла разглядеть выражение его лица.

Если бы она увидела, как этот негодяй улыбается, то бросила бы на него что-нибудь сверху. Аньес даже оглядела комнату и с удовлетворением заметила на столе тяжёлый подсвечник.

Она отошла от окна, пытаясь успокоиться, и вернулась в кровать. Странно, всего несколько часов назад она рассматривала графа Дерби как мужа, а теперь была готова поклясться, что чувствует к нему ненависть.

Граф показал свою истинную личину под красивой и нарядной одеждой, и личина эта Аньес пришлась не по вкусу. Жаль, однако, что именно этого самовлюблённого графа не посчастливилось им с отцом встретить первым! Аньес желала бы никогда его больше не видеть.

Что больше всего выводило из себя девушку, так это то, что он посмел сказать ей нечто про желание и сделать недостойное её положения предложение! Да за кого он её принял?… И не потому ли опоил отца, чтобы иметь возможность остаться с ней наедине? Она снова почувствовала гнев на отца за то, что так легкомысленно позволил себя одурачить.

Со злостью бросив взгляд на окно, Аньес залезла с головой под одеяло и сверх этого ещё бросила на себя подушку. Теперь ничто не должно помешать её сну!

Поутру её разбудил отец и сказал, чтобы она быстрее вставала, потому как, если будет медлить, вполне может статься, что они опять не поспеют к вечеру в Лондон.