Любовь и фантастика (сборник)

 – Но потом… куда ты исчезла потом?

– Тысячу раз в день я говорила ему, что рано или поздно убегу снова.

– Убежала?

– Я теперь буду с тобой… всегда. Он разрешил.

– Что?!

– Он разрешил. Он сказал: пусть. Он сказал, что ты ему нравишься.

– Скажи еще…

– Он разрешил. Мы будем вместе.

– Не верю, – бормотал Юстин, а теплое солнце распирало его грудь, толкалось в ребра. – Не верю… Наконец-то…

Над землянкой гулял ветер. В маленькой глиняной печке догорали угли.

* * *

Юстин топил печку всю ночь.

– Теперь надо думать, где жить, – сказал Юстин виновато. – Если бы мы могли вернуться к деду… Но мы не можем. Князь…

– Ушастый?

– Нет, – сказал Юстин, чувствуя неловкость оттого, что Анита ничего не знает и придется ей, оказывается, объяснять. – Новый князь… его имя Радим, раньше он был кузнецом…

И он рассказал ей все, что случилось с того момента, как на их с дедом двор заявились всадники на высоких конях, и до последнего испытания – их с Радимом скачки на клячах.

– …Знаешь, как наездники загоняют до смерти любую тварь, которую удастся оседлать? Вот так и мы должны были… Он нахлестывал и шпорил…

Юстин рассказывал, предвкушая, как удивится Анита, узнав, в чем на самом деле состояло испытание Звора – однако рассказ его как-то сам собой оборвался в том месте, где умирающая лошадь Радима грянулась о землю.

– И он победил? – спросила Анита. – А лошадь упала?

– Упала, – сказал Юстин, уже понимая, что не станет рассказывать дальше, и понимая почему. – Он победил, и… он стал князем. А я убежал, потому что всех остальных бастардов Звор велел убивать…

Анита задумалась. Юстин понимал, что солгал ей ни с того ни с сего. Просто затем, чтобы не рассказывать о ночной встрече с ее отцом. Об их разговоре. О красном шелковом флажке.

Стала бы Анита любить человека, в чьей душе чужой рукой оставлен кусочек красного шелка? Может быть, зря он утаил правду?

Может быть, Анита спросит сейчас – но почему же ты был в княжеских покоях, когда я принесла тебе стеклышко?

Она не спросила.

– Князь ты или беглец – мне все равно… Где ты захочешь жить – мне все едино… Мы сможем убежать так далеко, где не только новый князь – сам Ушастый Звор нас не достанет.